Войти... Регистрация
Поиск Расширенный поиск



Есть что добавить?

Присылай нам свои работы, получай litr`ы и обменивай их на майки, тетради и ручки от Litra.ru!

/ Полные произведения / Азимов А. / КОСМИЧЕСКИЕ ТЕЧЕНИЯ

КОСМИЧЕСКИЕ ТЕЧЕНИЯ [2/28]

  Скачать полное произведение

    - Говорю вам, они нам не нужны... Молчать! - Это относилось к Рику, начавшему жалобно шептать что-то.
     Снова пауза. Потом голос произнес:
     - Если вы подойдете к столу, то сможете получить эти книги. Они оставлены для вас, и вам нужно только заполнить формуляр.
     Теренс протянул руку к Рику.
     - Пойдем.
     - Может быть, мы нарушили правила, - пробормотал Рик.
     - Чепуха, Рик. Мы уходим.
     Теренс спешил, увлекая за собою Рика. Они вышли в главный холл. Библиотекарша взглянула на них.
     - Подождите! - крикнула она, вскочив и держась за стол. - Одну минуту! Одну минуту!
     Они не останавливались. Но перед ними очутился патрульный.
     - Вы здорово спешите, парни.
     Библиотекарша подбежала к ним, слегка задыхаясь:
     - Вы из комнаты двести сорок два, верно?
     - Послушайте, - твердо произнес Теренс, - почему нас задерживают?
     - Вы запрашивали о некоторых книгах? Мы можем достать их для вас.
     - Слишком поздно. В другой раз. Разве вы не поняли, что книги нам не нужны? Я вернусь завтра.
     - Библиотека всегда стремится удовлетворить читателей, - чопорно произнесла женщина. - Книги будут получены за две минуты. - На скулах у нее вспыхнули два ярких красных пятна. Она повернулась и бросилась к маленькой двери, открывшейся при ее приближении.
     - Офицер, если вы не возражаете... - начал было Теренс. Но патрульный прервал его, показав короткий нейронный хлыст - прекрасное оружие дальнего действия.
     - Парень, тебе лучше подождать, пока вернется эта дама. Будь вежливым.
     Лоб Теренса покрылся потом. Каким-то образом он недооценил положение. Он был так уверен в своем анализе событий, во всем. И вот к чему это привело. Не нужно было быть таким настойчивым. Виновато его проклятое любопытство, желание войти в Верхний Город, пройти по коридорам библиотеки, словно он был саркитом...
     На одно безумное мгновение ему захотелось прыгнуть на патрульного - и вдруг, совсем неожиданно, это не понадобилось.
     Сначала промелькнуло что-то. Патрульный обернулся, но опоздал.
     Нейронный хлыст оказался вырванным у него из рук. Офицер успел лишь хрипло вскрикнуть, когда хлыст прикоснулся к его виску.
     Рик вскрикнул от радости, а Теренс воскликнул:
     - Валона! Клянусь всеми демонами Сарка, - Валона!
     МЯТЕЖНИК
     Теренс пришел в себя почти тотчас же. Он сказал:
     - Скорей отсюда. Живо! - и пошел прочь.
     На мгновенье ему захотелось оттащить бесчувственное тело патрульного в тень за колоннами главного холла, но на это явно на было времени.
     Они вышли на лестницу, где послеполуденное солнце разливало в окружающем мире теплоту и свет. Краски Верхнего Города сдвинулись к оранжевым тонам.
     - Идемте скорее! - тревожно сказала Валона.
     Теренс удержал ее за локоть. Он улыбался, но голос у него был низкий и твердый:
     - Не беги. Иди, как всегда, и следуй за мной. Держи Рика. Не давай ему бежать...
     Несколько шагов. Они двигались, словно сквозь клей. Шум в библиотеке? Или это только кажется? Теренс не смел оглянуться.
     - Сюда, - сказал он.
     Знак над тротуаром слегка мигал в солнечном свете, не в силах соперничать с ним: "Вход в амбулаторию".
     Женщина в форменном платье взглянула на них издали. Она заколебалась, нахмурилась, начала приближаться. Теренс не стал ее ждать. Он резко свернул в сторону, прошел по одному коридору, потом по другому. Все равно их вот-вот остановят. Почти не бывало случаев, чтобы туземцы ходили без надзора по верхнему ярусу больницы. Что с ними будет?
     Конечно, в конце концов их остановят.
     Поэтому сердце Теренса забилось спокойнее, когда он увидел малозаметную дверь с надписью: "На нижний ярус". Лифт оказался наверху. Теренс втолкнул в него Валону и Рика.
     Так было проще всего попасть в Нижний Город, избегнув больших товарных лифтов с их медленным ходом и чересчур внимательными лифтерами. Правда, туземцам запрещалось пользоваться больничными лифтами, но это добавочное преступление было ничтожным по сравнению с нападением на патрульного.
     Они вышли на нижнем ярусе.
     - Я не могла не прийти, Резидент, - быстро шептала Валона. - Я так беспокоилась о Рике! Я думала, вы не привезете его обратно, и...
     - Но как ты попала в Верхний Город?
     - Я шла за вами и видела, что вы поднялись на лифте. Когда он вернулся, я сказала лифтеру, что отстала от вас, и он взял меня наверх.
     - Просто так?
     - Я немножко потрясла его.
     - Демоны Сарка! - простонал Теренс.
     - Так получилось, - смиренно пояснила Валона. - Потом я видела, как патрульные показывают вам здание. Я подождала, пока они улетят, и тоже пошла туда. Только я не посмела войти и пряталась, пока не увидела, что вы выходите, а патрульный хочет остановить вас...
     Они были уже на улице, в полутени Нижнего Города. Вокруг кишели звуки и запахи Туземного квартала, и верхний ярус опять стал только крышей над ними. Но они зашли слишком далеко, и отныне их везде подстерегала опасность.
     Эта мысль еще не успела покинуть Резидента, когда Рик крикнул:
     - Смотрите!
     Теренс ощутил в горле спазм.
     Самое страшное зрелище, какое могли увидеть туземцы Нижнего Города. Словно гигантская птица спускалась в одно из отверстий из Верхнего Города. Она закрыла солнце и углубила зловещую тень в этой части квартала. Машина с вооруженными патрульными.
     Туземцы завопили и начали разбегаться. Может быть, у них и не было особых поводов бояться, но все же они разбегались.
     Теренс колебался, а Рик и Валона ничего не могли сделать без него. Внутренняя тревога Резидента усилилась до лихорадки. Если они побегут, то куда? Если останутся на месте, то что смогут сделать?
     Какой-то широкоплечий детина приближался к ним тяжелой рысцой. На мгновенье он приостановился рядом с ними, словно в нерешительности. Потом сказал равнодушно:
     - Пекарня Хорова вторая налево, за прачечной. - И круто повернул обратно.
     - В пекарню, - прохрипел Теренс.
     Размышлять было поздно.
     Он бежал, обливаясь потом. Сквозь шум слышал лающую команду из динамика патрульных. Он взглянул через плечо. С полдюжины патрульных рванулись из машины, рассыпаясь веером. А он, Теренс, в своей проклятой резидентской одежде заметен так же, как любой из столбов, поддерживающих Верхний Город.
     Двое патрульных бежали прямо к ним. Теренс не знал, увидели его или нет, да это и неважно. Оба патрульных столкнулись с тем широкоплечим, который только что сказал им о пекарне. Все трое были достаточно близко. Теренс услышал хриплый бас широкоплечего, громкие ругательства патрульных и толкнул Валону и Рика за угол.
     Над пекарней висела сильно вылинявшая надпись из светящейся пластмассы, поломанной во многих местах. Из распахнутой двери струился восхитительный запах. Когда они вбежали внутрь, то не сразу различили затемненное мукой свечение радарных печей. Из-за бункера выглянул какой-то старик.
     Теренс начал было: "Широкоплечий человек..." - и расставил руки для пояснения, как вдруг снаружи послышались крики: "Патруль! Патруль!"
     - Сюда! Скорей! - проскрипел старик. - Залезайте в эту печь.
     - Туда? - отшатнулся Теренс.
     - Она ненастоящая. Скорее!
     Сначала Рик, потом Валона и Теренс пролезли сквозь дверку печи. Что-то слабо щелкнуло, задняя стенка печи сдвинулась и свободно повисла на петлях. Они толкнули ее и прошли в маленькую, тускло освещенную комнату.
     Они ждали. Вентиляция была плохая, и запах печеного хлеба усиливал голод. Валона все время улыбалась Рику, механически время от времени похлопывая его по руке. Рик тупо смотрел на нее.
     Прошла целая вечность.
     В стенке щелкнуло. Теренс напрягся. Сам того не сознавая, поднял сжатые кулаки.
     Сквозь отверстие протискивались огромные плечи. Они едва помещались там. Широкоплечий взглянул на Теренса и улыбнулся:
     - Легче, приятель. Мы не будем драться. - Рубашка едва держалась на его плечах, на скуле краснела ссадина. - Поиски окончились. Если вы голодны, можете заплатить и получите всего вдоволь. Что скажете?
     Огни Верхнего Города освещали небо на целые мили, но в Нижнем стояла густая тьма. Окна пекарни были плотно завешены, чтобы скрыть свет.
     - Я Матт Хоров, но меня называют Пекарем, - представился широкоплечий. - А вы кто?
     - Ну, мы... - Теренс пожал плечами.
     - Вижу. То, чего я не знаю, никому не повредит. Возможно. Однако в этом вы можете мне довериться. Я спас вас от патрульных, не так ли?
     - Да. Благодарю. - Теренсу не удавалось придать своему голосу сердечность. - Как вы узнали, что они гонятся за нами? Там разбегались все.
     Пекарь улыбнулся.
     - Ни у кого не было таких лиц, как у вас. Ваши лица можно было бы размолоть на известку...
     Теренс попытался улыбнуться.
     - Но вы рисковали жизнью. И я благодарю вас за спасение.
     - Я делаю это каждый раз, когда могу. Если патрульные гонятся за кем-нибудь, я не могу не вмешаться. Я ненавижу патрульных.
     - И попадаете в неприятности?
     - Конечно. Вот зачем я построил эту поддельную печь. С нею патрульные не могут поймать меня и затруднить мне работу. Вы знаете, сколько на Флорине сквайров? Десять тысяч. А сколько патрульных? Может быть, двадцать тысяч. А нас, туземцев, - пятьсот миллионов. Если все мы встанем против них... - Он прищелкнул пальцами.
     Теренс возразил:
     - Мы встали бы против иглоружей и плазменных пушек, Пекарь.
     - Нам нужно завести свои. Вы, резиденты, жили слишком близко к сквайрам. Вы их боитесь.
     Мир Валоны переворачивался кверху дном. Этот человек дрался с патрульными, а сейчас говорил так уверенно и небрежно с Резидентом. Когда Рик схватил ее за рукав, она разжала его пальцы и велела ему спать.
     - ...Даже имея иглоружья и плазменные пушки, сквайры могут владеть Флориной только при одном условии: это помощь ста тысяч резидентов.
     Теренс вскипел:
     - Я ненавижу сквайров еще больше, чем вы. И все-таки...
     - Продолжайте, - хохотнул Пекарь. - Я не выдам вас за вашу ненависть к сквайрам. Итак: почему же патрульные погнались за вами?
     Теренс не ответил.
     - Осторожность, конечно, не мешает, но бывает и чрезмерная осторожность, Резидент. Вам понадобится помощь. Они знают, кто вы.
     - Нет, не знают, - поспешно сказал Теренс.
     - Они должны были видеть ваши документы в Верхнем Городе.
     - Кто вам сказал, что я был в Верхнем Городе?
     - Я догадался.
     - Мою карточку смотрели, но не так долго, чтобы прочесть мое имя.
     - Достаточно долго, чтобы признать в вас Резидента. Им остается только найти Резидента, который отсутствовал в своем городе сегодня. Наверно, все провода на Флорине гудят сейчас об этом. Итак: вам нужно помочь?
     Они говорили шепотом. Рик свернулся в углу и уснул. Взгляд Валоны переходил с одного из говоривших на другого.
     - Нет, спасибо. - Теренс покачал головой. - Я... я выпутаюсь сам.
     Пекарь расхохотался.
     - Интересно посмотреть как. И все-таки подумайте над этим до утра. Может быть, и решите, нужна ли вам помощь.
     - Валона.
     Голос был так близко, что легкое дыхание шевелило ей волосы, и так тих, что она едва расслышала его. Она была прикрыта только простыней и сжалась от страха и смущения.
     Это был Резидент.
     - Молчи. Только слушай. Я ухожу. Дверь не заперта. Но я вернусь. Ты слышишь? Ты понимаешь?
     Она протянула руку в темноту, нашла его руку, сжала ее.
     - И следи за Риком. Не теряй его из виду. Валона... - Он долго молчал. - Не доверяй слишком этому Пекарю. Я его не знаю. Ты поняла? Послышался легкий шорох, потом еще более легкий, отдаленный скрип, и он ушел. Она приподнялась на локте, но, кроме дыхания Рика и своего собственного, не услышала ничего.
     Она сомкнула веки, сжала их в темноте, пытаясь думать. Почему Резидент сказал так о Пекаре, который ненавидит патрульных и спас их троих? Почему, когда все запуталось как нельзя больше, этот Пекарь явился и действовал так быстро и уверенно? Может быть, все подстроено заранее, и Пекарь давно уже ожидал того, что случилось потом?..
     - Алло! Вы еще здесь?
     Она окаменела, когда луч света упал прямо на нее. Потом опомнилась и медленно натянула простыню до шеи. Луч погас. Ей не нужно было догадываться, кто спрашивал. Его широкие плечи смутно рисовались в полусвете, просачивающемся сзади.
     - Я думал, ты ушла вместе с ним.
     - С кем, сударь? - тихо спросила Валона.
     - С Резидентом. Ты знаешь, девушка, что он ушел. Не пробуй притворяться.
     - Он вернется, сударь.
     - Он сказал, что вернется? Он ошибся. Патрульные поймают его. Он не очень хитер, твой Резидент, иначе бы он увидел, что я оставил дверь открытой нарочно. Ты тоже собираешься уходить?
     - Я подожду Резидента.
     - Как угодно. Ждать придется долго. Уйдешь, когда захочешь.
     Снова вспыхнул луч света и заскользил по полу, пока не нашел худое, бледное лицо Рика. Веки Рика судорожно сжались от света, но он продолжал спать.
     - А вот этого человека тебе лучше оставить здесь. Если ты решила уйти, дверь открыта, но не для него.
     - Он только бедный, больной парень... - начала Валона высоким, испуганным голосом.
     - Да? Ну, так я собираю бедных, больных парней, и этот останется тут. Помни это!
     Луч света словно приковался к спящему лицу Рика.
     УЧЕНЫЙ
     Доктор Селим Джунц терял терпение уже целый год, но к нетерпению нельзя привыкнуть даже со временем. Скорей наоборот. Тем не менее этот год научил его, что Саркитскую Разведку нельзя торопить; тем более что сами сотрудники были по большей части переселенными флоринианами и поэтому страшно дорожили своим достоинством.
     Однажды он беседовал со стариком Эблом - транторианским посланником, прожившим на Сарке так долго, что его башмаки пустили корни здесь; Джунц спросил, почему саркиты позволяют служить в своих собственных государственных учреждениях тем самым людям, которых они искренне презирают.
     Эбл прищурился над кубком зеленого вина.
     - Политика, Джунц, - сказал он. - Политика. Все дело в практической генетике, проводимой с саркитской логикой. Сами по себе они мелки, нестоящий народ, эти саркиты, и важны лишь постольку, поскольку владеют неистощимой золотой россыпью - Флориной. Поэтому они каждый год снимают сливки с ее городов и поселков и привозят цвет флоринианской молодежи на Сарк для обучения. Посредственных сажают заполнять бланки и подписывать заявления, а по-настоящему умных отправляют обратно на Флорину, чтобы они стали резидентами, этими туземными правителями городов. Самые разумные элементы на Флорине искренне преданы делу саркитов, так как пока они служат Сарку, о них хорошо заботятся, а как только они от Сарка отвернутся, то самое большее, на что они смогут надеяться, - вернуться к флоринианскому существованию. А это неважная вещь, друг мой, совсем неважная.
     Старый дипломат одним глотком допил вино и продолжал:
     - Далее. Ни резиденты, ни сотрудники учреждений на Сарке не могут иметь детей, не теряя своего положения. Даже от флоринианских женщин. О смешанных браках с саркитами и говорить нечего. Таким образом, лучшая часть флоринианских генов все время уходит из обращения, так что в конце концов Флорина будет населена только дровосеками и водоносами.
     - Но тогда сами саркиты останутся без служащих, не так ли?
     - Это дело будущего.
     Итак, сейчас доктор Джунц, космоаналитик, сидел в одной из внешних приемных Департамента по флоринианским делам и нетерпеливо ждал минуты, когда его вызовут, пока низшие служащие-флориниане беспрерывно спешили по бюрократическим лабиринтам. Наконец его провели в роскошно обставленный кабинет и указали кресло перед столом Клерка Младшего Секретаря. Ни один флоринианин не мог быть чем-либо большим, чем Клерк, независимо от того, сколько нитей подлинного действия держит он в своих руках. Младший и Старший Секретари по флоринианским делам были, конечно, саркитами, и хотя Джунц мог встречаться с ними в обществе, он знал, что никогда не встретит их в учреждении.
     Клерк тщательно просматривал картотеку, разглядывая каждый мелко исписанный листок так, словно там содержались секреты всей Вселенной. Он был молодой, вероятно, недавно кончил школу; как у всех флориниан, у него были очень светлые волосы и кожа. Наконец он отложил в сторону бумаги и произнес:
     - Судя по записям, вы бывали в этом учреждении и раньше?
     - Да, бывал, сударь, - сказал с некоторой резкостью доктор Джунц.
     - Но не в последнее время?
     - Но не в последнее время.
     - Вы все еще разыскиваете того космоаналитика, исчезнувшего... - Клерк перебрал листки, - ...более одиннадцати месяцев назад?
     - Совершенно верно.
     - За все это время, - продолжал Клерк, - не встречалось никаких следов этого человека и не было доказательств, что он когда-либо вообще находился на саркитской территории.
     - Последнее сообщение от него, - произнес ученый, - было получено из пространства близ Сарка.
     Клерк взглянул на него; бледно-голубые глаза на мгновение сосредоточились на Джунце, потом опустились.
     - Возможно, но его присутствие на Сарке не доказано.
     Не доказано! Губы Джунца плотно сжались. Именно этот ответ, все более и более категорический, он получал от Межзвездного Космоаналитического Бюро за последние месяцы.
     "Нет доказательств, доктор Джунц. Нам кажется, что вы могли бы найти лучшее применение своему времени, доктор Джунц. Бюро заботится о том, чтобы поиски продолжались, доктор Джунц".
     Все это означало: "Перестаньте швыряться деньгами, Джунц!"
     Это началось, как правильно сказал Клерк, одиннадцать с половиной месяцев назад по Межзвездному стандартному времени. За два дня до того, как Джунц опустился на Сарк, намереваясь произвести обычную инспекцию отделений Бюро на этой планете. Его встретил представитель МКБ, молодой человек, непрестанно жевавший какой-то эластичный продукт химической промышленности Сарка.
     Инспекция почти уже закончилась, когда местный представитель, вспомнив о чем-то, отправил свою эластичную жвачку за коренные зубы и сказал:
     - Сообщение от одного из наблюдателей, доктор Джунц. - И протянул листок.
     Джунц прочел вслух:
     "Прошу сохранять прямую кодированную линию Главштаба МКБ для подробного сообщения о деле чрезвычайной важности. Затронута вся Галактика. Делаю посадку по минимальной траектории".
     Агент развеселился.
     - Представьте только, сударь! "Затронута вся Галактика". Это здорово, даже для наблюдателя. Я вызвал его по межзвездной связи, когда получил сообщение, и хотел добиться толку, но мне не удалось. Он твердил только, что в опасности находится жизнь каждого из обитателей Флорины. Понимаете, там полмиллиарда человек. Он был похож на психопата. Поэтому, откровенно говоря, мне не хочется встречаться с ним наедине, когда он опустится. Что вы предлагаете?
     - У вас есть запись вашего разговора?
     - Да, сударь. - Он порылся в карманах. - Вот.
     Это был кусочек ленты. Джунц пробежал его в аппарате и нахмурился.
     - Это копия, да?
     - Я послал оригинал в Бюро Межпланетного Транспорта на Сарке. Я думал, лучше всего будет встретить его с каретой "Скорой помощи". Ему, наверно, очень плохо.
     Джунцу хотелось согласиться с молодым человеком. Когда одинокие аналитики космических глубин сходят с ума, реакции у них могут быть очень сильными. Джунц задумался.
     - Погодите. Вы сказали так, словно он еще не сел?
     Агент казался удивленным.
     - Я думаю, он сел, но мне никто не сообщал об этом.
     - Ну так вызовите Транспорт и спросите о подробностях. Психопат он или нет, но подробности должны быть записаны.
     Джунц пришел туда на следующий день для последней проверки перед отлетом. У него было много дел на других планетах, и он спешил. Почти уже уходя, он спросил оборачиваясь:
     - Ну, что с нашим наблюдателем?
     - Ах да, я совсем забыл, - спохватился агент. - Транспорт о нем ничего не знает. Я послал энергетический спектр его гиператомного двигателя, и они сказали, что его корабля нет нигде в пространстве.
     Джунц решил отложить свой отъезд на сутки. На следующий день он побывал в Бюро Межпланетного Транспорта в городе Сарке, столице планеты. Тут он впервые встретился с флоринианскими бюрократами, но те качали головами ему в ответ. Они получили сообщение о предполагаемой высадке одного аналитика из МКБ. Да, но корабль не садился.
     - Но, это важно, - настаивал Джунц. - Человек очень болен.
     Получили ли они копию записи его разговора с агентом из МКБ? Они широко раскрывали глаза. Копию? Никто не мог вспомнить, что получал что-нибудь. Они сожалели, что человек болен, но никакой корабль МКБ не опускался здесь.
     Джунц вернулся к себе в отель и долго размышлял обо всем этом. Прошел еще один срок, назначенный им для отъезда. Он сменил свою комнату на другую, более приспособленную к длительному пребыванию. Он устроил себе свидание с Лудиганом Эблом, транторианским посланником.
     Следующий день он провел, читая книги по истории Сарка; и когда время встречи с Эблом пришло, его сердце билось с тихой, еле сдерживаемой яростью. Это не пройдет им даром...
     Старый Посланник принял его как гостя, потряс ему руку, вызвал механического бармена и на первых двух стаканах не допускал никаких разговоров о делах. Джунц воспользовался случаем для полезной болтовни, спросил о Флоринианской Гражданской Службе и выслушал лекцию о практической генетике на Сарке. Гнев его усилился. И все-таки он спокойно начал излагать историю, рассказывая ее экономно-скупо. Эбл не перебивал.
     Когда Джунц замолчал, он спросил:
     - Послушайте, вы знаете этого исчезнувшего?
     - Нет.
     - И не встречали его?
     - С нашими наблюдателями-аналитиками трудно встретиться.
     - У него раньше бывали такие иллюзии?
     - Это первая, судя по записям в центральном управлении МКБ, - если только это иллюзия.
     - Но что я могу сделать?
     - Дайте мне объяснить. Саркитское Бюро Межпланетного Транспорта проверило ближайшее пространство на энергетический спектр двигателей нашего наблюдателя и не нашло следов его. В этом они лгать не будут. Я не хочу сказать, что саркиты брезгуют ложью, но они брезгуют бесполезной ложью, и они-то знают, что я могу устроить проверку пространства в два-три часа.
     - Правильно. Так что же?
     - Есть два случая, когда энергетический спектр нельзя обнаружить. Один - это когда корабля нет в ближайшем пространстве, так как он проскочил гиперпространство и ушел в другую область Галактики; второй - когда его нет в пространстве, так как он опустился на планету. Я не могу поверить, что этот человек передумал. Если его утверждения относительно опасности для Флорины и важности для Галактики являются мегаломаническими иллюзиями, ничто не помешает ему опуститься на Сарк и сообщить об опасности. Он не мог передумать и улететь. У меня пятнадцатилетний опыт работы в этой области. Если же его заявление имело под собой основания, то дело было слишком серьезно, чтобы он мог передумать и уйти от ближнего пространства.
     Старый транторианин поднял палец и сказал, слегка покачивая им:
     - Значит, вы заключаете, что он находится на Сарке?
     - Вот именно. Опять-таки тут есть две возможности. Во-первых, если он действительно охвачен психозом, то мог высадиться на планете в любом месте вне космопорта. Он может блуждать где-нибудь, больной, наполовину беспамятный. Это очень необычно для наших наблюдателей, но это случается. В таких случаях амнезия обычно бывает временной. Когда она проходит, жертва вспоминает подробности своей работы. В конце концов работа для космоаналитиков - это сама жизнь. Часто такого больного обнаруживают по тому, что он заходит в публичную библиотеку и ищет литературу по космическому анализу.
     - Понимаю. Так вы хотите, чтобы я помог вам получить от Комитета библиотекарей сообщение о таком случае?
     - Нет, здесь я не предвижу никаких трудностей. Я попрошу, чтобы некоторые стандартные работы по космическому анализу были поставлены в спецхранение и чтобы всякого, кто спросит о них, если он не сможет доказать, что он настоящий саркит, задержали и допросили. Это для меня сделают, потому что будут знать - или будет знать начальство, - что такой план мне ничего не даст вообще.
     - Почему не даст?
     - Я уверен, что наш человек высадился в космопорту Сарка, как и намеревался, а затем саркитские власти посадили его в тюрьму или даже убили.
     - Вы шутите?
     - Какие шутки? И жизнь, и богатство, и власть саркитов зависят от обладания Флориной. Вы не хуже меня знаете, что богатство Сарка заключено в кыртовых плантациях Флорины. И вот появляется человек - неважно, в здравом уме или нет - и говорит, что какое-то обстоятельство галактической важности угрожает жизни всех обитателей Флорины. Взгляните на эту копию последней передачи нашего наблюдателя.
     Эбл взглянул на обрывок ленты, брошенный Джунцем ему на колени.
     - Это немного.
     - Конечно. Здесь сказано, что опасность есть. Что это какая-то огромная опасность. Вот и все. Но такое нельзя было посылать саркитам. Даже если космоаналитик ошибся, разве могло саркитское правительство позволить ему распространять свое безумие, если только это безумие, и наполнять им всю Галактику? Не говоря уже о панике, которая могла бы подняться на Флорине, о помехах в производстве кыртового волокна, очевидно, что вся грязь политических взаимоотношений между Сарком и Флориной открылась бы перед Галактикой во всей своей красе. А чтобы всего этого избежать, они должны отделаться только от одного человека. Остановится ли Сарк перед убийством в подобном случае? Планета с такими, как вы описали, генетическими экспериментаторами колебаться не станет.
     - Так что же вы хотите, чтобы я сделал? Пока мне ничего не ясно в этой истории. - Эбл казался невозмутимым.
     - Найдите, кто его убил, - мрачно произнес Джунц. - У вас должна быть организация для шпионажа здесь. О, не будем играть в прятки. Я шатаюсь по Галактике достаточно долго, чтобы выйти из политического отрочества. Докопайтесь до сути, пока я буду отвлекать их внимание своими библиотечными разговорами. А когда вы изобличите их как убийц, я хочу, чтобы Трантор показал, что ни одно правительство в Галактике не должно рассчитывать на безнаказанность, убивая людей из МКБ.
     Так окончилась его первая встреча с Эблом.
     Джунц оказался прав в одном: саркитские власти были очень любезны, пока это касалось библиотечных дел. Но во всем остальном он был, по-видимому, неправ. Проходили месяцы, а агенты Эбла не могли найти на Сарке следов исчезнувшего наблюдателя, живого или мертвого.
     Так продолжалось более одиннадцати месяцев. Джунц начал чувствовать, что готов отказаться от всего, но решил подождать конца двенадцатого месяца. А потом появился проблеск, и он явился вовсе не от Эбла, а от подставного лица. Пришло сообщение из Публичной библиотеки Сарка, и Джунц оказался сидящим через стол от сотрудника Отдела по флоринианским делам.
     Клерк закончил свои мысленные расчеты и взглянул на посетителя.
     - Итак, что я могу сделать для вас?
     Джунц заговорил сухо и точно:
     - Вчера в 4:22 пополудни мне сообщили, что Флоринианский филиал Публичной библиотеки Сарка задерживает для меня человека, который пытался получить две стандартные работы по космическому анализу и который не был урожденным саркитом. С тех пор из библиотеки никаких сообщений не было. - Он слегка повысил голос, чтобы заглушить какое-то возражение, начатое было Клерком. - В бюллетене теленовостей, принятом на общественном аппарате, который находится в отеле, где я сейчас живу, и помеченном 0:05 пополудни вчера, сказано, что во Флоринианском филиале Публичной библиотеки Сарка сбит и находится в бессознательном состоянии член Флоринианского патруля и что ведется преследование трех флоринианских туземцев, совершивших этот проступок. Позже, в передаче новостей, этот бюллетень не был повторен. Так вот, я не сомневаюсь в том, что оба сообщения связаны между собой. Я уверен в том, что человек, которого я разыскиваю, находится в руках патруля. Я просил разрешения лететь на Флорину и получил отказ. Я просил Флорину прислать этого человека на Сарк, и не получил ответа. Я пришел в Отдел по флоринианским делам получить содействие в этом. Либо я полечу туда, либо его пришлют сюда.
     Бесцветный голос Клерка произнес:
     - Правительство Сарка не принимает ультиматумов от сотрудников МКБ. Мое начальство предупредило меня, что вы, вероятно, будете расспрашивать меня об этом деле, и я получил соответствующие инструкции. Человек, о котором сообщалось, что он хотел получить книги из спецхранения, и двое его спутников, Резидент и флоринианская женщина, действительно совершили проступок, о котором вы говорили, и патруль преследовал их. Однако они не были схвачены.
     Джунца охватило горькое разочарование. Он не пытался скрыть его.
     - Они бежали?
     - Не совсем. Они были прослежены до пекарни некоего Матта Хорова.
     Джунц поразился.
     - И им позволили остаться там?


1 ] [ 2 ] [ 3 ] [ 4 ] [ 5 ] [ 6 ] [ 7 ] [ 8 ] [ 9 ] [ 10 ] [ 11 ] [ 12 ] [ 13 ] [ 14 ] [ 15 ] [ 16 ] [ 17 ] [ 18 ] [ 19 ] [ 20 ] [ 21 ] [ 22 ] [ 23 ] [ 24 ] [ 25 ] [ 26 ] [ 27 ] [ 28 ]

/ Полные произведения / Азимов А. / КОСМИЧЕСКИЕ ТЕЧЕНИЯ


2003-2022 Litra.ru = Сочинения + Краткие содержания + Биографии
Created by Litra.RU Team / Контакты

 Яндекс цитирования
Дизайн сайта — aminis