Войти... Регистрация
Поиск Расширенный поиск



Есть что добавить?

Присылай нам свои работы, получай litr`ы и обменивай их на майки, тетради и ручки от Litra.ru!

/ Полные произведения / Васильев Б.Л. / Летят мои кони...

Летят мои кони... [1/8]

  Скачать полное произведение

    п»ї Борис Васильев
     Летят РјРѕРё РєРѕРЅРё...
     Повесть Рѕ своем времени
     «Я, Васильев Борис Львович,
     родился 21 мая 1924 РіРѕРґР° РІ семье
     командира Красной РђСЂРјРёРё РІ РіРѕСЂРѕРґРµ
     Смоленске РЅР° РџРѕРєСЂРѕРІСЃРєРѕР№ горе…»
     ***
     Рђ сейчас СЏ еду СЃ ярмарки.
     Еще размаС?исто рысят РєРѕРЅРё, еще жив праздник РІ РґСѓС?Рµ моей, еще кружится голова РѕС‚ вчераС?него хмеля Рё недопетая песня готова сорваться РІ белесое РѕС‚ седины небо. Еще РЅРµ остыли РЅР° губах ворованные поцелуи случайных женщин, любивС?РёС… любовь больС?Рµ, чем меня, Рё тем самым вложивС?РёС… СЃРІРѕР№ камень РІ котомку моей усталости. Еще хочется пробежаться Р±РѕСЃРёРєРѕРј, поваляться РЅР° траве, нырнуть СЃ обрыва РІ незнакомый РѕРјСѓС‚. Еще так трудно оторвать взгляд РѕС‚ женских РЅРѕРі, еще пытаеС?СЊСЃСЏ казаться умнее, еще мечтается перед СЃРЅРѕРј Рё хочется петь РїРѕ утрам. Еще РЅРµ утолена РІСЃСЏ жажда, еще вериС?СЊ РІ себя, Рё еще ничего РЅРµ болит, РєСЂРѕРјРµ сердца.
     Р? РІСЃРµ же СЏ еду СЃ ярмарки, Р° это значит, что между РјРѕРёРјРё желаниями Рё РјРѕРёРјРё возможностя-РјРё, между «хочу» Рё «могу», между «еще» Рё «уже» начала вырастать стена. Р? каждый прожитый день добавляет РІ эту стену СЃРІРѕР№ аккуратный кирпичик. РЇ еще хочу бежать вслед Р·Р° уходящим поездом, РЅРѕ уже РЅРµ РјРѕРіСѓ его догнать Рё СЂРёСЃРєСѓСЋ остаться РѕРґРёРЅ РЅР° гулком пустом перроне.
     Чувства притупляются, как боевые клинки: РѕР± РЅРёС… уже РЅРµ обрежеС?СЊСЃСЏ, РЅРµ РІР·РґСЂРѕРіРЅРµС?СЊ РІРґСЂСѓРі РѕС‚ запаха первого снега, РѕС‚ цвета свежей смолы, РѕС‚ стука вальков РЅР° реке. Уже РЅРµ слыС?РЅРѕ тиС?РёРЅС‹ Рё РЅРµ РІРёРґРЅРѕ тьмы, уже позади РІСЃРµ, что случалось впервые, Рё РїРѕСЂРѕР№ уже кажется, что РЅР° свете РЅРµ осталось ничего РЅРѕРІРѕРіРѕ, РєСЂРѕРјРµ смеха Рё солнца, дождя Рё слез, РјРѕСЂРѕР·Р° Рё птичьего РіРѕРјРѕРЅР°. Уже знаеС?СЊ, что ждет Р·Р° поворотом, потому что потерял РёРј счет, РЅРѕ сердцу РЅРµ прикажеС?СЊ, Рё РѕРЅРѕ СЃРЅРѕРІР° Рё СЃРЅРѕРІР° замирает РІ РіСЂСѓРґРё, Рё ты СѓРїСЂСЏРјРѕ надееС?СЊСЃСЏ успеть понять, додумать, написать. РќРѕ уже ничего РЅРµ вернеС?СЊ, Рё неразгаданные мысли, ненаписанные романы Рё невстреченные встречи, что призрачным роем еще вьются РІРѕРєСЂСѓРі, уже для РґСЂСѓРіРёС….
     РЇ еду СЃ ярмарки, РєРѕРµ-что РєСѓРїРёРІ Рё РєРѕРµ-что продав, что-то найдя, Р° что-то потеряв; СЏ РЅРµ знаю, РІ барыС?ах СЏ или внакладе, РЅРѕ бричка РјРѕСЏ РЅРµ СЃРєСЂРёРїРёС‚ РїРѕРґ РіСЂСѓР·РѕРј антикварной рухляди. Р’СЃРµ, что СЏ везу, умещается РІ моем сердце, Рё РјРЅРµ легко. РЇ РЅРµ успел поумнеть, торопясь РЅР° ярмарку, Рё РЅРµ жалею РѕР± этом, возвращаясь СЃ нее; многократно обжигаясь РЅР° молоке, СЏ так Рё РЅРµ научился дуть РЅР° РІРѕРґСѓ, Рё это переполняет меня безгреС?ным гусарским самодовольством. Так пусть же неспеС?РЅРѕ рысят РјРѕРё РєРѕРЅРё, Р° СЏ Р±СѓРґСѓ лежать РЅР° СЃРїРёРЅРµ, закинув СЂСѓРєРё Р·Р° голову, смотреть РЅР° далекие звезды Рё ощупывать СЃРІРѕСЋ жизнь, ища РІ ней вывихи Рё переломы, старые ссадины Рё свежие СЃРёРЅСЏРєРё, затянувС?иеся С?рамы Рё незаживающие СЏР·РІС‹.
     РњРЅРµ сказочно повезло: СЏ увидел свет РІ РіРѕСЂРѕРґРµ Смоленске. Повезло РЅРµ потому, что РѕРЅ несказанно красив Рё эпически древен — есть множество РіРѕСЂРѕРґРѕРІ Рё красивее, Рё древнее его, — повезло потому, что Смоленск моего детства еще оставался РіРѕСЂРѕРґРѕРј- плотом, РЅР° котором искали спасения тысячи терпящих бедствие. Р? СЏ СЂРѕСЃ среди людей, плывущих РЅР° плоту.
     Город превращают РІ плот история СЃ географией. Географически Смоленск — РІ глубокой древности столица могущественного племени славян-кривичей — расположен РЅР° Днепре, вечной границе между Р СѓСЃСЊСЋ Рё Литвой, между РњРѕСЃРєРѕРІСЃРєРёРј великим княжеством Рё Речью Посполитой, между Востоком Рё Западом, Севером Рё Югом, между Правом Рё Бесправием, наконец, потому что именно здесь пролегла пресловутая черта оседлости. Р?стория раскачивала народы Рё государства, Рё людские волны, накатываясь РЅР° вечно пограничный Смоленск, разбивались Рѕ его стены, оседая РІ РІРёРґРµ польских кварталов, латыС?СЃРєРёС… улиц, татарских РїСЂРёРіРѕСЂРѕРґРѕРІ, немецких концов Рё еврейских слободок. Р? РІСЃРµ это разноязыкое, разнобожье Рё разноукладное население лепилось подле крепости, возведенной Федором Конем еще РїСЂРё царе Борисе, Рё объединялось РІ единой формуле: Р–Р?ТЕЛЬ ГОРОДА СМОЛЕНСКА. Здесь победители роднились СЃ побежденными, Р° пленные находили утеС?ение Сѓ РІРґРѕРІ; здесь вчераС?РЅРёРµ РіРѕСЃРїРѕРґР° превращались РІ сегодняС?РЅРёС… слуг, чтобы завтра дружно Рё СѓРїРѕСЂРЅРѕ отбиваться РѕС‚ общего врага; здесь был край Ойкумены Запада Рё начало ее для Востока; здесь искали убежища еретики всех религий, Рё СЃСЋРґР° же стремились бедовые москвичи, тверяки Рё ярославцы, дабы избежать гнева сильных РјРёСЂР° сего. Р? каждый тащил СЃРІРѕРё пожитки, если РїРѕРґ пожитками понимать националь-ные обычаи, семейные традиции Рё фамильные привычки. Р? Смоленск был плотом, Рё СЏ плыл РЅР° этом плоту среди пожитков РјРѕРёС… разноплеменных земляков через собственное детство.
     …Я вижу РЅР°С?Сѓ комнату РІ РґРѕРјРёРєРµ РЅР° РџРѕРєСЂРѕРІСЃРєРѕР№ РіРѕСЂРµ: тогда РѕРЅР° казалась РјРЅРµ РѕРіСЂРѕРјРЅРѕР№, потому что свет керосиновой лампы РЅРµ РІ силах был растопить темень РІ ее углах. РЇ сижу Р·Р° столом, Рё РјРѕР№ РїРѕРґР±РѕСЂРѕРґРѕРє упирается РІ РєРЅРёРіСѓ. БабуС?РєР° только что научила меня читать (подозреваю, чтобы СЏ ей РЅРµ РјРµС?ал), Рё СЏ РіСЂРѕРјРєРѕ читаю, Р° Р·Р° столом чинно РїСЊСЋС‚ чай старые женщины. РќР° столе — колючий колотый сахар, черный хлеб Рё бабуС?РєРёРЅРѕ печенье РёР· ржаной РјСѓРєРё, Рё хотя РІ стране РЅСЌРї Рё лавки ломятся РѕС‚ товаров, Сѓ сидящих Р·Р° столом нет денег РЅР° эти товары.
     — Ай, какой С…РѕСЂРѕС?РёР№ мальчик! — Худая, коричневая РѕС‚ бесконечных стирок СЂСѓРєР° ласково гладит меня РїРѕ голове. — Нет, РІС‹ только послуС?айте, как РіСЂРѕРјРєРѕ РѕРЅ читает!
     — Пусть мадам РњРѕР№С?ес РЅРµ обижается, РЅРѕ нельзя же каркать РІ СѓС…Рѕ СЂСѓСЃСЃРєРѕРјСѓ ребенку, — строго РіРѕРІРѕСЂРёС‚ рыхлая белесая дама. — РћРЅ научится картавить раньС?Рµ, чем петь СЃРІРѕРё детские песенки.
     — Ай, пани Ковальска, РІС‹ стали специалисткой РїРѕ-СЂСѓСЃСЃРєРё? Так СЃ вас же РѕРЅ РІСЃСЋ жизнь будет говорить «койбаса» Рё «уоС?адь». РќСѓ скажите РјРЅРµ, мадам Урлауб, разве СЏ РіРѕРІРѕСЂСЋ неправду?
     — Мадам Алексеева — артистка, РѕРЅР° была РІ Париже Рё Р·Р° границей, Рё РѕРЅР° РІСЃРµ РѕР±СЉСЏСЃРЅРёС‚, — СЂРµС?ает третья гостья.
     — Не так важно, как говорить, Р° важно, что говорить, — вступает бабуС?РєР°, Рё РІСЃРµ вежливо перестают пить чай. — Рђ люди делятся только РЅР° мужчин Рё женщин, Рё если ты родился мужчиной, то Р±СѓРґСЊ РёРј, Р° если женщиной, то тем более.
     Рђ СЏ РіСЂРѕРјРєРѕ читаю, еще РЅРµ ведая, что плыву РЅР° плоту Рё что люди делятся РЅРµ РЅР° СЂСѓСЃСЃРєРёС…, поляков, евреев или литовцев, Р° РЅР° тех, РЅР° РєРѕРіРѕ можно положиться Рё РЅР° РєРѕРіРѕ положиться нельзя. Это проверенное деление: плот только-только оправился РѕС‚ урагана, РёРјСЏ которому «гражданская война», Рё его пассажиры очень С…РѕСЂРѕС?Рѕ знают, что значит всегда быть настоящим мужчиной, РЅСѓ Р° женщиной — тем более.
     …Я люблю тебя, старый Смоленск, РёР±Рѕ ты — колыбель детства моего. Ныне РѕС‚ тебя остались осколки, как РѕС‚ греческих амфор, Р° еще проще — как РѕС‚ моего детства. РўРІРѕСЏ крепость выдержала пять осад, РЅРѕ РѕРЅР° РЅРµ могла выдержать РЅРё последней РІРѕР№РЅС‹, РЅРё лихорадочного послевоенного строительства. Р? если знаменитые Молоховские ворота взорваны давно, то твоя еще более знаменитая Варяжская улица — твоя благородная седина, знак твоей древности — переимено-вана РІ Краснофлотскую совсем недавно, Р° РІ десятке С?агов РѕС‚ СЂРІРѕРІ бывС?его Королевского бастиона, РіРґРµ РєРѕРіРґР°-то насмерть стояли твои жители РІРѕ главе СЃ воеводой Михаилом Шеиным, построен танцевальный зал…
     Нет, РЅРµ танцзалом запомнилось РјРЅРµ детство, Р° Храмом. Двери этого Храма были распахнуты РІРѕ РІСЃРµ стороны, Рё никто РЅРµ стремился узнать РёРјСЏ твоего Р±РѕРіР° Рё адрес твоего исповедника, Р° назывался РѕРЅ Добром. Р? детство, Рё РіРѕСЂРѕРґ были насыщены Добром, Рё СЏ РЅРµ знаю, что было вместилищем этого Добра — детство или Смоленск.
     — Эй, ребятиС?РєРё, донесите-РєР° бабуС?РєРµ РєРѕС?елку РґРѕ РґРѕРјР°!
     Так РјРѕРі сказать — Рё РіРѕРІРѕСЂРёР»! — любой прохожий любым ребятам, игравС?РёРј РЅР° горбатых смоленских улицах. Прохожий РјРѕРі быть СЂСѓСЃСЃРєРёРј или эстонцем, поляком или татарином, цыганом или греком, Р° старуС?РєР° — тем более: это было РЅРѕСЂРјРѕР№. Помощь была РЅРѕСЂРјРѕР№, РёР±Рѕ жизнь была неласкова. Конечно, помощь — простейС?ая форма Добра, РЅРѕ любой подъем начинается СЃ первого С?ага.
     РњС‹ снимали РґРѕРјРёРє РЅР° РџРѕРєСЂРѕРІСЃРєРѕР№ РіРѕСЂРµ; РІ нем СЏ родился, Р° почтовый адрес его тогда писался так: «Покровская РіРѕСЂР°, РґРѕРј Павловых». Напротив, через овраг, почти осеняя РґРѕРјРёРє ветвями, СЂРѕСЃ огромный РґСѓР±. Сегодня такое дерево непременно обнесли Р±С‹ оградой Рё снабдили табличкой: «ОХРАНЯЕТСЯ ГОСУДАРСТВОМ», РЅРѕ РґСѓР± РЅРµ дожил РґРѕ РЅР°С?РёС… дней: РІ РІРѕР№РЅСѓ его спилили немцы. РќРµ знаю, уцелел ли пень, — СЏ РЅРµ хочу видеть останков прекрасного, потому что РїРѕРјРЅСЋ это прекрасное живым. Это СЃ него упал Метек Ковальский Рё сломал СЂСѓРєСѓ; это СЃ него меня снимал РґСЏРґСЏ Сергей Р?ванович; это РІ его ветвях запуталась Альдона, Рё это ее спасал РњРѕРЅСЏ РњРѕР№С?ес, Рё всем тогда было очень СЃРјРµС?РЅРѕ. Альдона каким-то образом повисла РІРЅРёР· головой, выставив для обозрения розовые панталончики, Рё так орала, что сам РґСѓР± РѕС‚ хохота вздрагивал РґРѕ самой макуС?РєРё. Могучий РґСѓР±, РїРѕРґ сенью которого РјРёСЂРЅРѕ уживались СЂСѓСЃСЃРєРёРµ Рё поляки, евреи Рё цыгане, татары Рё венгры: РЅРµ РїРѕ этой ли причине Рё спилили тебя проклятые наци?
     — Боря, РєРѕРіРґР° РїРѕР№РґРµС?СЊ гулять, занеси РґСЏРґРµ Янеку соль, скажи тете Фатиме, что СЏ РЅР°С?ла для нее выкройку, Рё РїРѕРїСЂРѕСЃРё Сѓ Матвеевны стакан РїС?ена РІ долг…
     Голос мамы РґРѕ сей РїРѕСЂС‹ звучит РІ моей РґСѓС?Рµ; стремясь СЃ самого нежного возраста заронить РІРѕ РјРЅРµ РёСЃРєСЂСѓ ответственности, мама попутно, РїРѕС…РѕРґСЏ, без РіСЂРѕРјРєРёС… слов прививала РјРЅРµ великое чувство повседневного бытового интернационализма. Р? СЏ ел РёР· РѕРґРЅРѕРіРѕ котла СЃ РјРѕРёРјРё РґСЂСѓР·СЊСЏРјРё-татарчатами, Рё тетя Фатима наравне СЃ РЅРёРјРё одаривала меня СЃСѓС?еными РіСЂСѓС?ами; венгр РґСЏРґСЏ Антал разреС?ал РјРЅРµ торчать Р·Р° его СЃРїРёРЅРѕР№ РІ кузнице, РіРґРµ легко ворочали молотами цыгане Коля Рё РЎР°С?Р°; Матвеевна поила меня РєРѕР·СЊРёРј молоком, РІ Альдону СЏ сразу влюбился Рё множество раз дрался РёР·-Р·Р° нее СЃ Реном Педаясом. Рђ еще были старая бабуС?РєР° Хана Рё строгая мадам Урлауб, немец РґСЏРґСЏ Карл Рё слепой цыган Самойло, доктор Янсен Рё ломовой извозчик РўРѕР№РІРѕ Лахонен и… Господи, РєРѕРіРѕ только РЅРµ осеняли твои ветви, старый славянский РґСѓР±?!
     Р’ С?есть лет СЏ расстался СЃ РґСѓР±РѕРј: после очередного переезда РІ какой-то РіРѕСЂРѕРґРёС?РєРѕ РјС‹ РІРЅРѕРІСЊ вернулись РІ Смоленск, РЅРѕ жили уже РІ центре РіРѕСЂРѕРґР°, РЅР° улице Декабристов. Рђ встретился СЃ РЅРёРј совсем неожиданно через РіРѕРґ — РїСЂРёС?ел РЅР° СЌРєСЃРєСѓСЂСЃРёСЋ. Первую СЌРєСЃРєСѓСЂСЃРёСЋ РІ жизни.
     РњРѕСЋ первую учительницу звали… Рљ стыду своему, СЏ РЅРµ РїРѕРјРЅСЋ, как ее звали, РЅРѕ РїРѕРјРЅСЋ ее. Худощавая, строгая, ровная, безулыбчивая, всегда одетая РІ темное, РёР· которого ослепительно вырывались белоснежные воротнички Рё манжеты, РѕРЅР° представлялась нам, первоклаС?кам, очень старой, РёР· РїСЂРѕС?лого века. Р? РІ РѕРґРёРЅ РёР· общевыходных РѕРЅР° велела собраться Сѓ С?колы, РЅРѕ РЅРµ всем, Р° тем, кто хочет «пойти РЅР° СЌРєСЃРєСѓСЂСЃРёСЋВ». РЇ хотел, РїСЂРёС?ел РѕРґРЅРёРј РёР· первых; учительница пересчитала нас, вывела Рє знаменитым смоленским часам, РїРѕРґ которыми назначались РІСЃРµ свидания Рё РѕС‚ которых С?ло измерение РІРѕ всех направлениях, Рё погрузила РІ маленький, С?устрый Рё Р·РІРѕРЅРєРёР№ смоленский трамвай. Р? РјС‹ покатили РІРЅРёР·, Рє Днепру, РїРѕ БольС?РѕР№ Советской. Миновали РЎРѕР±РѕСЂРЅСѓСЋ РіРѕСЂСѓ, выбрались через Пролом РёР· старого Смоленска, переехали РїРѕ мосту через Днепр Рё СЃРѕС?ли Сѓ рынка. Р? РїРѕРґ предводительством первой учительницы переулками, садами Рё дворами РІС‹С?ли… Рє РґСѓР±Сѓ.
     — Это самый древний житель РЅР°С?его РіРѕСЂРѕРґР°, — сказала первая учительница.
     Может быть, РѕРЅР° сказала РЅРµ теми словами, сказала РЅРµ так, РЅРѕ суть заключалась РІ том, что этот РґСѓР± — остаток священной рощи кривичей, которые жили РІ Гнездово, неподалеку РѕС‚ Смоленска, РіРґРµ Рё РїРѕ сей день сохранилось множество РёС… могильных курганов. Р? что вполне возможно, что Смоленска РІ те далекие времена еще РЅРµ существовало, что РІРѕР·РЅРёРє РѕРЅ позднее, РєРѕРіРґР° РїРѕ Днепру наладилась регулярная торговля, Рё именно здесь, РІ сосновых берегах, удобнее всего было смолить СЃСѓРґР° после длинных Рё тяжелых волоков. Смолили СЃСѓРґР°, молились богам РІ священной роще Рё плыли дальС?Рµ РёР· варяг РІ греки. Р? постепенно вырос РіРѕСЂРѕРґ, РІ названии которого сохранился РЅРµ только труд его первых жителей, РЅРѕ Рё аромат его красных Р±РѕСЂРѕРІ.
     РЇ прикоснулся Рє РґСѓР±Сѓ раньС?Рµ, чем учительница велела это сделать. Ей-Р±РѕРіСѓ, СЏ РїРѕРјРЅСЋ РґРѕ сей РїРѕСЂС‹ его РіСЂСѓР±СѓСЋ теплоту: теплоту ладоней, пота Рё РєСЂРѕРІРё РјРѕРёС… предков, вечно живую теплоту Р?стории. РўРѕРіРґР° СЏ впервые прикоснулся Рє РїСЂРѕС?лому, впервые ощутил это РїСЂРѕС?лое, РїСЂРѕРЅРёРєСЃСЏ его величием Рё стал безмерно богатым. Рђ сейчас СЃ ужасом думаю, каким Р±С‹ СЏ стал, если Р±С‹ РЅРµ встретился СЃРѕ своей первой учительницей, которая видела долг СЃРІРѕР№ РЅРµ РІ том, чтобы, нафарС?Рё-ровав детей знаниями, изготовить РёР· РЅРёС… будущих роботов-специалистов, Р° РІ том, чтобы воспитать Граждан Отечества своего…
     …Много лет спустя РЅР° встрече СЃ молодыми учеными РІ столь же молодом — даже кладбища своего РЅРµ было, Рѕ чем РјРЅРµ СЃ гордостью поведали организаторы встречи, — РіРѕСЂРѕРґРµ меня спросили, Р° зачем-РґРµ нужна история РІ век научно-технической революции, то есть РІ век качественного скачка человечества? Чему может научить современного специалиста отвага давно РѕС‚С?умевС?РёС… битв Рё дальновидность давно истлевС?РёС… правителей? Да Рё наука ли вообще эта самая Р?стория, коли РѕРЅР° СЃ легкостью выдает сегодня Р·Р° черное то, что еще вчера считала белым? Р’РѕРїСЂРѕСЃС‹ задавались СЃ технической точностью Рё продуманностью, аудитория затаенно ждала, как СЏ выкручусь, Р° СЏ СЃ горечью думал, каким же провидцем оказался бестелесный РљРѕР·СЊРјР° Прутков, сказав, что «специалист подобен флюсу». Р? дело РЅРµ РІ том, как СЏ тогда ответил, — дело РІ том, что СЏ тогда увидел: РіРѕСЂРѕРґ без кладбища Рё людей без РїСЂРѕС?лого. Р? РїРѕРЅСЏР», что мудрость Рё ученость разнятся между СЃРѕР±РѕР№, как нравственность Рё знание статей Уголовного кодекса.
     Р?стория РЅРµ позволяет человеку остаться варваром, даже если РѕРЅ сделался крупнейС?РёРј специалистом РІ области ультрасовременной науки. РЈ нее для этого, РїРѕ крайней мере, РґРІР° спасительных аргумента: РІРѕ-первых, РІСЃРµ уже было, Р° РІРѕ-вторых, знания РЅРµ делают человека умнее, несмотря РЅР° РІСЃСЋ РёС… ослепительную РЅРѕРІРёР·РЅСѓ. Некий усредненный современник РЅР°С? знает сегодня несравненно больС?Рµ, чем знали образованнейС?РёРµ люди сто лет назад, РЅРѕ означает ли это, что усредненный современник РЅР°С? стал умнее Герцена лиС?СЊ оттого, что его РјРѕР·Рі хранит бездну необязательной информации? Так история — СЏ СѓР¶ РЅРµ РіРѕРІРѕСЂСЋ Рѕ ее нравственном воздействии — спасает нас РѕС‚ спесивой самоуверенности полузнайства.
     Р?стория разлита РІРѕ времени Рё РІ пространстве. Р?звлечь ее РёР· времени РјРѕРіСѓС‚ только знания, Р° РІРѕС‚ ощутить ее дыхание РІ пространстве можно Рё РЅРµ обладая РёРјРё. Есть счастливые РіРѕСЂРѕРґР°, РіРґРµ РґС‹С?РёС‚ историей каждый камень, Рё счастливые камни, сконцентрировавС?РёРµ РІ себе историю. Камни Смоленской крепости, кривая Варяжская улица древнего РіРѕСЂРѕРґР°, само название его, старый РґСѓР± РЅР° РџРѕРєСЂРѕРІСЃРєРѕР№ РіРѕСЂРµ, Гнездовские курганы Рё РІРѕР·РґСѓС… Смоленска питали меня историей, Рё СЏ чувствовал ее Рё любил, еще РЅРµ ведая, что это — Р±РѕРіРёРЅСЏ, Р° РЅРµ только наука.
     Никольская улица, уже тогда переименованная РІ улицу Декабристов, упиралась РІ Никольские ворота крепости. Р? над этими воротами РІ выбоине стены лежало ржавое французское СЏРґСЂРѕ. Лежало РЅРµ музейным экспонатом, РЅРµ туристским сувениром Суздаля — лежало боевым документом РїСЂРѕС?лого: так, как упало, Рё РІ том месте, РіРґРµ встретила стена выстрел наполеоновского артиллериста.
     Р’ РіРѕСЂРѕРґСЃРєРѕРј парке — старом Лопатинском саду моего детства — РґРѕ РІРѕР№РЅС‹ сохранялись мощные СЂСѓРёРЅС‹ средневековой темницы СЃ остатками СЂРµС?еток толщиной РІ детскую СЂСѓРєСѓ. РљРѕРіРґР°-то РІ ней томились генеральный СЃСѓРґСЊСЏ Сечи Запорожской Василий Кочубей СЃРѕ СЃРІРѕРёРј верным Р?СЃРєСЂРѕР№, несчастный царевич Р?оанн Антонович — «Железная маска» СЂСѓСЃСЃРєРѕР№ истории, пленные поляки РїСЂРё Екатерине Второй. РќР° каменной плите РїРѕРґРѕРєРѕРЅРЅРёРєР° неровными буквами выбил СЃРІРѕРµ РёРјСЏ несчастный узник…
     …Так СЏ написал, Рё так было напечатано РІ журнале «Юность» в„– 6 Р·Р° 1982 РіРѕРґ. РЇ получил множество писем, Рё РІ РѕРґРЅРѕРј РёР· РЅРёС… (РІ РїРёСЃСЊРјРµ Владимира Алексеевича Борисюка, тоже смолянина) содержалось любопытное продолжение этого абзаца:
     «…на нем (РЅР° РїРѕРґРѕРєРѕРЅРЅРёРєРµ темницы. — Р‘. Р’.) было выцарапано: «КАБОГРАЛЛО». Абракадабра?.. РњРЅРѕРіРёРµ ломали головы. Однако кто-то расС?ифровал (или — знал), оказывается — аббревиатура:
     РљРђ — Капитолина
     БО — Борис
     ГР — Григорий
     РђР› — Александр
     ЛО — Лопатины — дети губернатора Лопатина, устроителя сада!..В»
     Р’С‹ Рё сейчас можете погулять РїРѕ Блонью — так называется сквер РІ центре РіРѕСЂРѕРґР°. Блонье… болонье… заболонь… Да, «заболонье», то есть наиболее укрытое место крепости, РєСѓРґР° РЅРµ долетали стрелы С?турмующих Рё РіРґРµ прятались женщины Рё дети РІРѕ время осад РіРѕСЂРѕРґР°.
     РџСЂРё впадении Смядыни РІ Днепр изменник-повар РїРѕ повелению Святополка Окаянного зарезал СЋРЅРѕРіРѕ РєРЅСЏР·СЏ РњСѓСЂРѕРјСЃРєРѕРіРѕ Глеба, брата Бориса. РћР±Р° брата стали первыми СЂСѓСЃСЃРєРёРјРё святыми, Р° Смядынь — это окраина Смоленска.
     Как-то еще РІ С?коле СЏ составил СЃРїРёСЃРѕРє знаменитых СЃРІРѕРёС… земляков, ставС?РёС… СѓРєСЂР°С?ением СЂСѓСЃСЃРєРѕР№ истории. РќРµ Р±СѓРґСѓ приводить его полностью, РЅРѕ хочу напомнить, что Твардовский Рё Тухачевский, Глинка Рё Пржевальский, РєРЅСЏР·СЊ Потемкин Рё адмирал Нахимов, Р?саковский Рё Коненков — смоляне.
     Р’ РёСЋРЅРµ 1936 РіРѕРґР° РіРѕСЂРѕРґСЃРєРёРµ власти СЂРµС?или РѕСЃСѓС?ить остатки крепостного СЂРІР° подле Молоховских РІРѕСЂРѕС‚. РўРѕРіРґР° это была огромная гниющая лужа; РєРѕРіРґР° спустили РІРѕРґСѓ Рё осела муть, полутораметровый слой вонючего ила оказался битком набитым холодным Рё огнестрельным оружием. Здесь перемеС?ались РІСЃРµ СЌРїРѕС…Рё, Рё СЂСЏРґРѕРј СЃ татарской саблей РјРёСЂРЅРѕ сосуществовал палаС? начала века, Р° пулеметная лента лежала подле дуэльного пистолета. Чудо объяснялось просто: донная РіСЂСЏР·СЊ сохранила РЅРµ только оружие некогда С?турмовавС?РёС… крепость РІРѕРёРЅРѕРІ, РЅРѕ Рё то, которое бросали РІ топь темными ночами гражданской РІРѕР№РЅС‹, РЅРµ желая сдавать властям.


  Сохранить

[ 1 ] [ 2 ] [ 3 ] [ 4 ] [ 5 ] [ 6 ] [ 7 ] [ 8 ]

/ Полные произведения / Васильев Б.Л. / Летят мои кони...


2003-2019 Litra.ru = Сочинения + Краткие содержания + Биографии
Created by Litra.RU Team / Контакты

 Яндекс цитирования
Дизайн сайта — aminis