Войти... Регистрация
Поиск Расширенный поиск



Есть что добавить?

Присылай нам свои работы, получай litr`ы и обменивай их на майки, тетради и ручки от Litra.ru!

/ Полные произведения / Солженицын А.И. / Пир победителей

Пир победителей [4/4]

  Скачать полное произведение

    (тот же набор нот)
    Вот русский праздник! Начался ребром,
    Кончается печален.
    Начхим
    Ну, расскажи о чём-нибудь смешном.
    Нержин
    О чём?..
    Стоял сегодня я среди развалин
    вступает музыка от невидимого источника
    Германской славы... Может быть, случайно
    Там наша армия не шла. Торчит дощечка «мины».
    Припорошённые снежком невдалеке от Хохенштайна,
    Застал я свеже-чёрные руины.
    Нержин увлекается рассказом и не замечает, как Начхим уходит, как тихо подкравшийся Салиев что-то кладёт под углы ковра. К концу монолога свет настолько слабеет, что всту­пают софиты.
    Поставлен памятник был в точке самой крайней,
    Куда дошли войска российские на выдохе движенья,
    Откуда тридцать лет назад им зародилось окруженье, —
    Бойцы, вмурованные в каменную ризу,
    Семь мрачных башен по числу вильгельмовских дивизий,
    Кольцо стены — кольца обхвата наглый
    Окаменевший жест.
    Штандарты для подъёма флагов.
    Арена для торжеств.
    Речей и клятв тевтонских сумрачный алтарь!
    Сюда стекалась чернь, сюда съезжались власти.
    И вот всё взорвано, и одымила взрывов гарь
    Гранит бесплодный, мрамор безучастный.
    В кольце стены — пролома грубый зев,
    Иные башни взорваны, иных стоят скелеты...
    Безумцы, мигом овладев,
    Возмерились владеть им леты!..
    Солдат враждебный, я стою у гинденбурговского склепа —
    Не гордостно, не радостно, — смешно усталым смехом мне:
    Как в человеке самолюбие нелепо,
    Так отвратительно оно в стране...
    Деревьев ветви, вспугнутые взрывом,
    Опять под снежным звёздчатым нападом...
    Венчанный полководец! На веку своём счастливом
    Ты испытал все высшие награды.
    Но что алмазы звёзд твоих и бриллианты брошей
    Пред этой тихой примиряющей порошей?..
    В правой двери появляется лейтенант Ячменников. Он в шинели, зимней шапке, перепоясан ремнями, молод, строен. Весь бе­лый от снега, он сперва стоит в двери, потом тихо проходит.
    Клубок обид, извечный и довечный! —
    Торжествовать, рыдать и вновь торжествовать! —
    Хотя бы у земли добросердечной
    Мы переняли свойство забывать...
    Бессчастный враг народа моего!
    Как прокричать тебе сквозь глушь непонимания?
    Смотри, как кончилось, как кончится любое торжество,
    Любое злое торжество, Германия!
    Сегодня мы подобны Валтасару,
    Сегодня мы ликуем, но какую кару?
    Но что за гнев мы нашим детям сеем?
    Россия неповинная! безумная Расея!..
    Ячменников?! Ух, как тебя снежок запорошил!
    Ячменников (по форме)
    Товарищ капитан, моторов не глушил,
    Вся батарея прибыла. Прикажете... ?
    Нержин
    Прися-адь!
    Где люди?
    Ячменников
    В дом завёл.
    Нержин
    Сейча-ас. Поедем. Воевать.
    Ячменников
    Ой, что это? на зеркале?
    Нержин
    Ты Библии не чтец?
    Ячменников
    Читала мать, по праздникам отец.
    А нам всё больше Краткий Курс, бывало, подавай.
    Нержин
    Жив будешь — почитай.
    Сегодня — день рождения майора.
    Ячменников
    Да? Что ж, мужик он правильный. Такому мужику...
    Нержин
    Так выпьем!
    Ячменников
    А... не заглушить моторы?
    Нержин
    Пусть тарахтят помалу, обедняли нешто?
    У нас теперь одно ль Баку?
    У нас теперь Плоешти.
    Чего ж налить тебе? Вот тут есть корсиканское винцо,
    Такого мы с тобою не пивали.
    Ячменников смотрится в зеркало-стол.
    Что смотришь?
    Ячменников
    Приверяюсь на лицо:
    Узнают дома, нет?
    Нержин
    Родители. А девки-то едва ли.
    С училища, каким тебя я помню, — возмужал.
    А что бы, Виктор, в сельсовете Годуновском,
    Владимирским своим ты б рассказал,
    Как это вот мы шли за Рокоссовским
    И кушали с зеркал? —
    Ведь не поверили б?
    Ячменников
    Да на селе у нас-то
    И говорить об этом как-то не гораздо.
    Нержин
    За что же выпьем, победитель?
    Ну, будешь жив, домой вернёшься, мирный житель,
    Оженишься, продолжишь род, — об этом кто! —
    Давай-ка что-нибудь особенное трахнем, в новом стиле.
    Чего б тебе ещё хотелось, а?
    Ячменников (в раздумьи)
    Ещё? Ещё... чтоб как-ни-то
    Колхозы распустили.
    Нержин
    Кол-хозы распустить?! Ну, вырос ты не прост!
    Но тост есть тост.
    Подымем по законам пьянства!
    Пьют.
    А что ты думаешь? Однажды написал и Маркс,
    Что, может быть, не ворошить богатого крестьянства?
    Был коммунизм для них — земля незнаемая, Марс.
    Колхозы распустить!.. Всё басни, Виктор, всё лекарства.
    Болтают, чтоб не так обидно лезть под танк железный.
    Ячменников
    Я тоже так смотрю. Не нам, но — государству
    Колхозы очень уж полезны.
    Без них бы с нас им ни зернятка не собрать.
    Без них ни на шаг.
    Нержин
    Что, старый замок? Слышал тост? Знай наших!..
    Теперь вот этого старинного какого-то налью,
    В пыли была... и выскажу тебе мечту мою:
    Чтоб на Руси что думаешь — сказать бы можно было вслух.
    Нескоро, а?
    Ячменников
    Пожалуй что нескоро.
    Нержин
    А вдруг?
    Чокаются, пьют.
    А, выпей ты какого хочешь за майора,
    Я слишком выпил и без этих двух.
    Да угощайся! Хоть бери в карман!
    (суёт ему; Ячменников отклоняет)
    Ячменников
    Товарищ капитан!
    Машины полные!
    Нержин
    Да, чёрт, забыл. Из голодающей губернии.
    До смерти этой жадности не вытравить, наверное.
    Ну что же, друг, покатим дальше по Европе.
    Вперёд поставь не газик мой — Блитц-Опель.
    Со мною — девушка поедет... Что? Что смотришь так?
    Ячменников
    Как я смотрю? Я не смотрю никак.
    Нержин
    А думаешь?
    Ячменников
    А думаю? — в кабине там три места...
    Нержин
    А думаешь — комбат затеял под конец?
    Нет, милый мой, она — невеста.
    Везу её другому под венец.
    Ячменников строго выпрямляется, козыряет и, по-военному по­вернувшись, уходит. Нержин медленно идёт к лестнице, но, услы­шав шум, поднимается бегом. Внизу быстро входят озабоченные, по-зимнему одетые Ванин, густо опоясанный гранатами и авто­матными дисками, Гриднев с автоматом, который он не умеет ни держать, ни повесить, то и дело угрожая застрелить себя или спутников, Парторг, неся без ремня винтовку со штыком. Сза­ди — Майков в парадном кителе, как был, всё с той же повяз­кой на голове, одной рукой катит за верёвку станковый пулемёт, в другой несёт саблю. Вся сцена идёт тревожно, при перебегающих прожекторах.
    Ванин (курит трубку)
    Без паники. Спокойно. Мощь несокрушима.
    Начштаба! С нами вы по радио поддерживайте связь.
    Майков
    Ложись!!
    Он, Гриднев и Парторг стремительно приникают к полу. Ванин не­возмутимо курит, стоя. Из-под ковра с шипеньем вырывается кверху и рассыпается огненная шутиха.
    Ванин
    Ну, что? Ну, что? Ну, адская машина.
    Ещё не взорвалась.
    Вce трое поднимаются. В дальнейшем Гриднев и Парторг ступают с большой осторожностью. Майков обнажает саблю и размахивает ею.
    Майков
    Ах, сабелька! Парторг!
    Рубить их по-будённовски! Возьмёте?
    (привязывает саблю к поясу Парторга)
    Володенька, отчаянный! Ну, на хоть пулемётик!
     (суёт Гридневу в руку верёвку от пулемётного катка)
    Гриднев (отталкивает)
    Да что с ним делать? Обращаться я... не знаю.
    Майков
    Ну, дам максимку, хошь? Патрончиков штук триста!
    Ванин
    Спокойно, старший лейтенант. Как нас учил Чапаев?
    В такой момент — где место коммуниста?
    Парторг
    Довольно демагогии! Мы — руководство!
    Наша жизнь нужна народу!
    Ванин
    А я что говорю? Я говорю: в машину! ходу!
    Направляются к выходу. Майков, распахнув руки, преграждает им путь.
    Майков
    Но вы заблудитесь! Но для спасенья жизни
    Возьмите карту хоть!
    Гриднев (отталкивая)
    Я не могу по карте!
    Майков
    Чему ж учили вас?!
    Гриднев
    Основам ленинизма.
    Шпионологии. Исторьи партии...
    (неудачным движением задевает вторую скрытую ракету)
    Шипенье, вспышка.
    Майков
    Ай-я-я-яй, какое упущенье!
    Но как я рад, что ты выдерживаешь первое крещенье!
    Ванин
    Парторг, без паники. Кого оставим мы для укрепленья
    Партийной власти здесь?
    Майков
    Вернётесь вы — похороните наши трупы!
    Ванин
    Без паники. Я открываю заседание партгруппы.
    (взлезает на стул, одну ногу выставляет на зеркало и облокачивается о колено)
    Гриднев и Парторг окружают Ванина. Майков отходит в сторону.
    Товарищи! Один вопрос: из нас троих кого,
    Хотя бы одного,
    Оставим мы в дивизионе как партийную прослойку?
    Я предлагаю Гриднева.
    Все взоры на Гриднева.
    Гриднев (с живостью)
    Товарищ замполит! Поскольку...
    (роется в карманах)
    Вот справка медицинская... Моё здоровье слабо...
    Ванин
    Тогда кого?
    Гриднев
    Парторг, пожалуйста!
    Парторг
    Ху-гу!
    Я лично тоже не могу.
    Есть предложенье — Лихарёв.
    Ванин
    Но где он?
    Майков
    Где-то с бабой.
    Парторг
    Тогда... Тогда — начальник штаба!
    Гриднев
    (с неловким движением автомата)
    Ах, не торгуйтесь вы! Нас всех захватят в плен!
    Майков
    (кидаясь к нему, отводит дуло)
    Да опусти ты, ради Бога, автомат!
    Ванин
    (всё в той же позе, совершенно хладнокровно)
    Его (кивает на Майкова)
    нельзя оставить: он — не член.
    Он — кандидат.
    Майков виновато опускает голову.
    Или доверим? Майков!
    Майков поднимает голову и заметно растёт с каждой фразой.
    Парторг
    Партия!
    Гриднев
    Тебе!
    Ванин
    Всецело!
    Парторг
    Высокое доверие!
    Гриднев
    Ответственный участок!
    Ванин
    Веди бойцов за правое...
    Парторг
    За сталинское дело!
    Гриднев
    И контролируй командира части.
    Парторг
    Да чтоб росла организация ! Чтоб шёл приём!
    Ванин
    (слезая с пьедестала)
    Да где же трубка, чёрт? Ну, в возрасте ль моём
    Таскаться по ночам?..
    Салиев и Замалиев
    (вбежав слева, вместе:)
    Машина подана!!
    Гриднев и Парторг устремляются. Ванин подталкивает их в спину.
    Ванин
    Вали, вали! За Сталина! За Родину!
    Уходят налево. Замалиев по знаку Майкова с грохотом укатывает туда же станковый пуле­мёт. Майков остаётся один. Весёлое возбуж­дение его исчезает. Он стоит в раздумьи, потом срывает повязку с головы, отходит к роялю, поникает на него. Вверху на лестнице по­явля­ется Нержин с изящным дамским баулом в руке. Майков видит.
    Майков
    И ты? Ты, Брут, трофейщиком? Кошмар!..
    Нержин
    Я еду, Сашка.
    Майков
    Едь.
    Нержин
    Пока!
    Майков
    О ревуар!
    Нержин стоит выше середины лестницы. Неслышными шагами с ним поравнивается Галина в шубке. Теперь Майков видит и её. Он протяжно свистит. Потом, откинувшись спиной к пюпитру, улыбается и поёт:
    И ВСХОДЯ НА ТРЕПЕЩУЩИЙ МОСТИК,
    ВСПОМИНАЯ ПОКИНУТЫЙ ПОРТ...
    Нержин и Галина через ступеньку спускаются под руку, прожекторы следят за ними.
    Все трое
    О-ТРЯ-ХА-ЕТ УДАРАМИ ТРОСТИ
    КЛОЧЬЯ ПЕНЫ С ВЫСОКИХ БОТФОРТ!
    Уходят широкими шагами направо, помахивая Майкову на прощанье, а он — им.
    1951
    Экибастуз,
    на общих работах, устно
    КРАТКИЕ ПОЯСНЕНИЯ
    Автор пьесу сложил целиком в уме, в Экибастузском лагере в течении 1951 года, будучи на общих работах, каменщиком. Некоторые места он составлял только в уме (в переходной колонне, на проверках, во время работы) и они никогда не были на бумаге. Другие записывал малыми отрывками и после доработки и заучивания клочки бумаги сжигал. Весь сочинённый текст автор повторял ежемесячно, чтобы сохранить в памяти. Впервые пьеса записана в 1953, уже в ссылке в Кок-Тереке (Казахстан), там переле­жала в земле месяцы, проведенные автором в онкологической клинике в Ташкенте. С тех пор хранилась конспиративно до 1965 года, когда один экземпляр попал в руки КГБ. Этот текст ЦК КПСС издал закрытым тиражом и распространял среди номенклатуры для уличения автора. В пьесе А.И.Солженицын использовал личный опыт командира батареи звуковой раз­ведки и отдельные воспоминания о своём развед-дивизионе, смежных частях и о январских днях в Пруссии. Датировка — в соответствии с замыканием прусского котла (25 января 1945). Описание взорванного памятника немецкой победе 1914 года над армией Самсонова — по личному впечатлению автора. Капитан Александр Сергеевич Доброхотов-Майков выведен под собственным именем. (Убит той же последней военной зимой.) В Самиздате пьеса не ходила. Первая публикация: Александр Солженицын. Собрание сочинений: В 20 т. Т. 8. Пьесы и киносценарии. Вермонт–Париж: ИМКА-пресс, 1981. В январе 1995 в Малом театре в Москве состоялась премьера «Пира победителей».


Добавил: Zlin

1 ] [ 2 ] [ 3 ] [ 4 ]

/ Полные произведения / Солженицын А.И. / Пир победителей


2003-2019 Litra.ru = Сочинения + Краткие содержания + Биографии
Created by Litra.RU Team / Контакты

 Яндекс цитирования
Дизайн сайта — aminis