Войти... Регистрация
Поиск Расширенный поиск



Есть что добавить?

Присылай нам свои работы, получай litr`ы и обменивай их на майки, тетради и ручки от Litra.ru!

/ Полные произведения / Андерсен Г.-Х. / Пастушка и трубочист

Пастушка и трубочист

  Скачать полное произведение

    ПАСТУШКА И ТРУБОЧИСТ
     Видали вы когда-нибудь старинный-старинный шкаф, почерневший от вре- мени и украшенный резными завитушками и листьями? Такой вот шкаф - пра- бабушкино наследство - стоял в гостиной. Он был весь покрыт резьбой - розами, тюльпанами и самыми затейливыми завитушками. Между ними выгляды- вали оленьи головки с ветвистыми рогами, а на самой середке был вырезан во весь рост человечек. На него нельзя было глядеть без смеха, да и сам он ухмылялся от уха до уха - улыбкой такую гримасу никак не назовешь. У него были козлиные ноги, маленькие рожки на лбу и длинная борода. Дети звали его обер-унтер-генерал-кригскомиссар-сержант Козлоног, потому что выговорить такое имя трудно и дается такой титул не многим. Зато и выре- зать такую фигуру не легко, ну да все-таки вырезали. Человечек все время смотрел на подзеркальный столик, где стояла хорошенькая фарфоровая пас- тушка. Позолоченные башмаки, юбочка, грациозно подколотая пунцовой ро- зой, позолоченная шляпа на головке и пастуший посох в руке - ну разве не красота!
     Рядом с нею стоял маленький трубочист, черный, как уголь, но тоже из фарфора и такой же чистенький и милый, как все иные прочие. Он ведь только изображал трубочиста, и мастер точно так же мог бы сделать его принцем - все равно!
     Он стоял грациозно, с лестницей в руках, и лицо у него было бело-ро- зовое, словно у девочки, и это было немножко неправильно, он мог бы быть и почумазей. Стоял он совсем рядом с пастушкой - как их поставили, так они и стояли. А раз так, они взяли да обручились. Парочка вышла хоть ку- да: оба молоды, оба из одного и того же фарфора и оба одинаково хрупкие.
     Тут же рядом стояла еще одна кукла, втрое больше их ростом, - старый китаец, умевший кивать головой. Он был тоже фарфоровый и называл себя дедушкой маленькой пастушки, вот только доказательств у него не хватало. Он утверждал, что она должна его слушаться, и потому кивал головою обер-унтер-генерал-кригскомиссар-сержанту Козлоногу, который сватался за пастушку.
     - Хороший у тебя будет муж! - сказал старый китаец. - Похоже, даже из красного дерева. С ним ты будешь оберунтер-генерал-кригскомиссар-сер- жантшей. У него целый шкаф серебра, не говоря уж о том, что лежит в по- тайных ящиках.
     - Не хочу в темный шкаф! - отвечала пастушка. - Говорят, у него там одиннадцать фарфоровых жен!
     - Ну так будешь двенадцатой! - сказал китаец. - Ночью, как только старый шкаф закряхтит, сыграем вашу свадьбу, иначе не быть мне китайцем!
     Тут он кивнул головой и заснул.
     А пастушка расплакалась и, глядя на своего милого - фарфорового тру- бочиста, сказала:
     - Прошу тебя, убежим со мной куда глаза глядят. Тут нам нельзя оста- ваться.
     - Ради тебя я готов на все! - отвечал трубочист. - Уйдем сейчас же! Уж наверное я сумею прокормить тебя своим ремеслом.
     - Только бы спуститься со столика! - сказала она. - Я не вздохну сво- бодно, пока мы не будем далеко-далеко!
     Трубочист успокаивал ее и показывал, куда ей лучше ступать своей фар- форовой ножкой, на какой выступ или золоченую завитушку. Его лестница также сослужила им добрую службу, и в конце концов они благополучно спустились на пол. Но, взглянув на старый шкаф, они увидели там страшный переполох. Резные олени вытянули вперед головы, выставили рога и вертели ими во все стороны, а обер-унтер-генерал-кригскомиссар-сержант Козлоног высоко подпрыгнул и крикнул старому китайцу:
     - Они убегают! Убегают!
     Пастушка и трубочист испугались и шмыгнули в подоконный ящик.
     Тут лежали разрозненные колоды карт, был кое-как установлен кукольный театр. На сцене шло представление.
     Все дамы - бубновые и червонные, трефовые и пиковые - сидели в первом ряду и обмахивались тюльпанами, а за ними стояли валеты и старались по- казать, что и они о двух головах, как все фигуры в картах. В пьесе изоб- ражались страдания влюбленной парочки, которую разлучали, и пастушка заплакала: это так напомнило ее собственную судьбу.
     - Сил моих больше нет! - сказала она трубочисту. - Уйдем отсюда!
     Но когда они очутились на полу и взглянули на свой столик, они увиде- ли, что старый китаец проснулся и раскачивается всем телом - ведь внутри него перекатывался свинцовый шарик.
     - Ай, старый китаец гонится за нами! - вскрикнула пастушка и в отчая- нии упала на свои фарфоровые колени.
     - Стой! Придумал! - сказал трубочист. - Видишь вон там, в углу, большую вазу с сушеными душистыми травами и цветами? Спрячемся в нее! Ляжем там на розовые и лавандовые лепестки, и если китаец доберется до нас, засыплем ему глаза солью.
     - Ничего из этого не выйдет! - сказала пастушка. - Я знаю, китаец и ваза были когда-то помолвлены, а от старой дружбы всегда что-нибудь да остается. Нет, нам одна дорога - пуститься по белу свету!
     - А у тебя хватит на это духу? - спросил трубочист. - Ты подумала о том, как велик свет? О том, что нам уж никогда не вернуться назад?
     - Да, да! - отвечала она.
     Трубочист пристально посмотрел на нее и сказал:
     - Мой путь ведет через дымовую трубу! Хватит ли у тебя мужества за- лезть со мной в печку, а потом в дымовую трубу? Там-то уж я знаю, что делать! Мы поднимемся так высоко, что до нас и не доберутся. Там, на са- мом верху, есть дыра, через нее можно выбраться на белый свет!
     И он повел ее к печке.
     - Как тут черно! - сказала она, но все-таки полезла за ним и в печку, и в дымоход, где было темно, хоть глаз выколи.
     - Ну вот мы и в трубе! - сказал трубочист. - Смотри, смотри! Прямо над нами сияет чудесная звездочка!
     На небе и в самом деле сияла звезда, словно указывая им путь. А они лезли, карабкались ужасной дорогой все выше и выше. Но трубочист поддер- живал пастушку и подсказывал, куда ей удобнее ставить свои фарфоровые ножки. Наконец они добрались до самого верха и присели отдохнуть на край трубы - они очень устали, и не мудрено.
     Над ними было усеянное звездами небо, под ними все крыши города, а кругом на все стороны, и вширь и вдаль, распахнулся вольный мир. Бедная пастушка никак не думала, что свет так велик. Она склонилась головкой к плечу трубочиста и заплакала так сильно, что слезы смыли всю позолоту с ее пояса.
     - Это для меня слишком! - сказала пастушка. - Этого мне не вынести! Свет слишком велик! Ах, как мне хочется обратно на подзеркальный столик! Не будет у меня ни минуты спокойной, пока я туда не вернусь! Я ведь пош- ла за тобой на край света, а теперь ты проводи меня обратно домой, если любишь меня!
     Трубочист стал ее вразумлять, напоминал о старом китайце и обер-ун- тер-генерал-кригскомиссар-сержанте Козлоного, но она только рыдала безу- тешно да целовала своего трубочиста. Делать нечего, пришлось уступить ей, хоть это и было неразумно.
     И вот они спустились обратно вниз по трубе. Не легко это было! Ока- завшись опять в темной печи, они сначала постояли у дверцы, прислушива- ясь к тому, что делается в комнате. Все было тихо, и они выглянули из печи. Ах, старый китаец валялся на полу: погнавшись за ними, он свалился со столика и разбился на три части. Спина отлетела начисто, голова зака- тилась в угол. Обер-унтер-генерал-кригскомиссарсержант стоял, как всег- да, на своем месте и раздумывал.
     - Какой ужас! - воскликнула пастушка. - Старый дедушка разбился, и виною этому мы! Ах, я этого не переживу!
     И она заломила свои крошечные ручки.
     - Его еще можно починить! - сказал трубочист. - Его отлично можно по- чинить! Только не волнуйся! Ему приклеят спину, а в затылок вгонят хоро- шую заклепку, и он опять будет совсем как новый и сможет наговорить нам кучу неприятных вещей!
     - Ты думаешь? - сказала пастушка.
     И они снова вскарабкались на свой столик.
     - Далеко же мы с тобою ушли! - сказал трубочист. - Не стоило и тру- дов!
     - Только бы дедушку починили! - сказала пастушка. - Или это очень до- рого обойдется?..
     Дедушку починили: приклеили ему спину и вогнали в затылок хорошую заклепку. Он стал как новый, только головой кивать перестал.
     - Вы что-то загордились с тех пор, как разбились! - сказал ему обер-унтер-генерал-кригскомиссар-сержант Козлоног. - Только с чего бы это? Ну так как, отдадите за меня внучку?
     Трубочист и пастушка с мольбой взглянули на старого китайца: они так боялись, что он кивнет. Но кивать он уже больше не мог, а объяснять пос- торонним, что у тебя в затылке заклепка, тоже радости мало. Так и оста- лась фарфоровая парочка неразлучна. Пастушка и трубочист благословляли дедушкину заклепку и любили друг друга, пока не разбились.


  Сохранить


/ Полные произведения / Андерсен Г.-Х. / Пастушка и трубочист


Смотрите также по произведению "Пастушка и трубочист":


2003-2019 Litra.ru = Сочинения + Краткие содержания + Биографии
Created by Litra.RU Team / Контакты

 Rambler's Top100 Яндекс цитирования
Дизайн сайта — aminis