Войти... Регистрация
Поиск Расширенный поиск



Есть что добавить?

Присылай нам свои работы, получай litr`ы и обменивай их на майки, тетради и ручки от Litra.ru!

/ Полные произведения / Солженицын А.И. / Как нам обустроить Россию

Как нам обустроить Россию [1/4]

  Скачать полное произведение

    * БЛИЖАЙШЕЕ *
     Часы коммунизма -- свое отбили.
     Но бетонная постройка его еще не рухнула.
     И как бы нам, вместо освобождения, не расплющиться под его развалинами. МЫ -- НА ПОСЛЕДНЕМ ДОКАТЕ
     Кто из нас теперь не знает наших бед, хотя и покрытых лживой статистикой? Семьдесят лет влачась за слепородной и злокачественной марксо-ленинской утопией, мы положили на плахи или спустили под откос бездарно проведенной, даже самоистребительной, "Отечественной" войны -- треть своего населения. Мы лишились своего былого изобилия, уничтожили класс крестьянства и его селения, мы отшибли самый смысл выращивать хлеб, а землю отучили давать урожаи, да еще заливали ее морями болотами. Отходами первобытной промышленности мы испакостили окружности городов, отравили реки, озера, рыбу, сегодня уже доконечно губим последнюю воду, воздух и землю, еще и с добавкой атомной смерти, еще и прикупая на хранение радиоактивные отходы с Запада. Разоряя себя для будущих великих захватов под обезумелым руководством, мы вырубили свои богатые леса, выграбили свои несравненные недра, невосполнимое достояние наших правнуков, безжалостно распродали их за границу. Изнурили наших женщин на ломовых неподымных работах, оторвали их от детей, самих детей пустили в болезни, в дикость и в подделку образования. В полной запущи у нас здоровье, и нет лекарств, да даже еду здоровую мы уже забыли, и миллионы без жилья, и беспомощное личное бесправие разлито по всем глубинам страны, -- а мы за одно только держимся: чтоб не лишили нас безуемного пьянства.
     Но так устроен человек, что всю эту бессмыслицу и губление нам посильно сносить хоть и всю нашу жизнь насквозь -- а только бы кто не посягнул обидеть, затронуть нашу н_а_ц_и_ю! Тут -- уже нас ничто не удержит в извечном смирении, тут мы с гневной смелостью хватаем камни, палки, пики, ружья и кидаемся на соседей поджигать их дома и убивать. Таков человек: ничто нас не убедит, что наш голод, нищета, ранние смерти, вырождение детей -- что какая-то из этих бед первей нашей национальной гордости!
     И вот почему, берясь предположить какие-то шаги по нашему выздоровлению и устройству, мы вынуждены начинать не со сверлящих язв, не с изводящих страданий -- но с ответа: а как будет с нациями? в каких географических границах мы будем лечиться или умирать? А уже потом -- о лечении. А ЧТо ЕСТЬ РОССИЯ?
     Эту "Россию" уже затрепали-затрепали, всякий ее прикликает ни к ляду, ни к месту. И когда чудовище СССР лез захватывать куски Азии или Африки -- тоже во всем мире твердили: "Россия, русские"...
     А ч_т_о же именно есть Россия? Сегодня. И -- завтра (еще важней). К_т_о сегодня относит себя к будущей России? И г_д_е видят границы России сами русские?
     За три четверти века -- при вдолбляемой нам и прогрохоченной "социалистической дружбе народов" -- коммунистическая власть столько запустила, запутала и намерзила в отношениях между этими народами, что уже и путей не видно, как нам бы вернуться к тому, с прискорбным исключением, спокойному сожитию наций, тому даже дремотному неразличению наций, какое было почти достигнуто в последние десятилетия предреволюционной России. Еще б, может, и не упущено разобраться и уладить -- да не в той лихой беде, как буре, завертевшей нас теперь. Сегодня видится так, что мирней и открытей для будущего: кому надо бы разойтись на отдельную жизнь, так и разойтись. И именно при этом всеместном национальном изводе, заслоняющем нам остальную жизнь, хоть пропади она, при этой страсти, от которой сегодня мало кто в нашей стране свободен.
     Увы, многие мы знаем, что в коммунальной квартире порой и жить не хочется. Вот -- так сейчас у нас накалено и с нациями.
     Да уже во многих окраинных республиках центробежные силы так разогнаны, что не остановить их без насилия и крови -- да и н_е н_а_д_о удерживать такой ценой! Как у нас все теперь поколесилось -- так все равно "Советский Социалистический" развалится, в_с_е р_а_в_н_о! -- и выбора настоящего у нас нет, и размышлять-то не над чем, а только -- поворачиваться проворней, чтоб упредить беды, чтобы раскол прошел без лишних страданий людских, и только тот, который уже действительно неизбежен.
     И так я вижу: надо безотложно, громко, четко объявить: три прибалтийских республики, три закавказских республики, четыре среднеазиатских, да и Молдавия, если ее к Румынии больше тянет, эти одиннадцать -- да! -- НЕПРЕМЕННО И БЕСПОВОРОТНО будут отделены. (А о процессе отделения -- страницами ниже.)
     О Казахстане. Сегодняшняя огромная его территория нарезана была коммунистами без разума, как попадя: если где кочевые стада раз в год проходят -- то и Казахстан. Да ведь в те годы считалось: это совсем неважно, где границы проводить,-- еще немножко, вот-вот, и все нации сольются в одну. Проницательный Ильич-первый называл вопрос границ "даже десятистепенным". (Так -- и Карабах отрезали к Азербайджану, какая разница -- куда, в тот момент надо было угодить сердечному другу Советов -- Турции.) Да до 1936 года Казахстан еще считался автономной республикой в РСФСР, потом возвели его в союзную. А составлен-то он -- из южной Сибири, южного Приуралья, да пустынных центральных просторов, с тех пор преображенных и восстроенных -- русскими, зэками да ссыльными народами. И сегодня во всем раздутом Казахстане казахов -- заметно меньше половины. Их сплотка, их устойчивая отечественная часть -- это большая южная дуга областей, охватывающая с крайнего востока на запад почти до Каспия, действительно населенная преимущественно казахами. И коли в этом охвате они захотят отделиться -- то и с Богом.
     И вот за вычетом этих двенадцати -- только и останется то, что можно назвать Р_у_с_ь, как называли издавна (слово "русский" веками обнимало малороссов, великороссов и белорусов), или -- Россия (название с XVIII века) или, по верному смыслу теперь: Российский Союз.
     И все равно -- еще останется в нем сто народов и народностей, от вовсе немалых до вовсе малых. И вот тут-то, с этого порога -- можно и надо проявить нам всем великую мудрость и доброту, только от этого момента можно и надо приложить все силы разумности и сердечности, чтоб утвердить плодотворную содружность наций, и цельность каждой в ней культуры, и сохранность каждого в ней языка. СЛОВО К ВЕЛИКОРОССАМ
     Еще в начале века наш крупный государственный ум С. Е. Крыжановский предвидел: "Коренная Россия не располагает запасом культурных и нравственных сил для ассимиляции всех окраин. Это истощает русское национальное ядро".
     А ведь то сказано было -- в богатой, цветущей стране, и прежде всех миллионных истреблений вашего народа, да не слепо подряд, а уцеленно выбивавших самый русский ОТБОР.
     А уж сегодня это звучит с тысячекратным смыслом: н_е_т у н_а_с с_и_л на окраины, ни хозяйственных сил, ни духовных. Н_е_т у н_а_с с_и_л на Империю! -- и не надо, и свались она с наших плеч: она размозжает нас, и высасывает, и ускоряет нашу гибель.
     Я с тревогой вижу, что пробуждающееся русское национальное самосознание во многой доле своей никак не может освободиться от пространнодержавного мышления, от имперского дурмана, переняло от коммунистов никогда не существовавший дутый "советский патриотизм" и гордится той "великой советской державой", которая в эпоху чушки Ильича-второго только изглодала последнюю производительность наших десятилетий на бескрайние и никому не нужные (и теперь вхолостую уничтожаемые) вооружения, опозорила нас, представила всей планете как лютого жадного безмерного захватчика -- когда наши колени уже дрожат, вот-вот мы свалимся от бессилия. Это вреднейшее искривление нашего сознания: "зато большая страна, с нами везде считаются", -- это и есть, уже при нашем умирании, беззаветная поддержка коммунизма. Могла же Япония примириться, отказаться и от международной миссии и от заманчивых политических авантюр -- и сразу расцвела.
     Надо теперь жестко в_ы_б_р_а_т_ь: между Империей, губящей прежде всего нас самих, -- и духовным и телесным спасением нашего же народа. Все знают: растет наша смертность, и превышает рождения, -- мы так исчезнем с Земли! Держать великую Империю -- значит вымертвлять свой собственный народ. Зачем этот разнопестрый сплав? -- чтобы русским потерять свое неповторимое лицо? Не к широте Державы мы должны стремиться, а к ясности нашего духа в остатке ее. Отделением двенадцати республик, этой кажущейся жертвой -- Россия, напротив, освободит сама себя для драгоценного ВНУТРЕННЕГО развития, наконец обратит внимание и прилежание на саму себя. Да в нынешнем смешении -- какая надежда и на сохранение, развитие русской культуры? все меньшая, все идет -- в перемес и в перемол.
     К сожалению, этот мираж "единонеделимства" 70 лет несла через свою нищету и беды и наша стойкая, достойная русская эмиграция. Да ведь для "единонеделимца" 1914 года -- и Польша "наша" (взбалмошная фантазия Александра I "осчастливить" ее своим попечительством), и никак "отдать" ее нельзя. Но кто возьмется настаивать на этом сегодня? Неужели Россия обеднилась от отделения Польши и Финляндии? Да только распрямилась. И так -- еще больше распрямимся от давящего груза "среднеазиатского подбрюшья", столь же необдуманного завоевания Александра II, -- лучше б эти силы он потратил на недостроенное здание своих реформ, на рождение подлинно народного земства.
     Наш философ этого века Ив. А. Ильин писал, что духовная жизнь народа важней охвата его территории или даже хозяйственного богатства; выздоровление и благоденствие народа несравненно дороже всяких внешних престижных целей.
     Да окраины у_ж_е реально отпадают. Не ждать же нам, когда наши беженцы беспорядочно хлынут оттуда уже миллионами.
     Надо перестать попугайски повторять: "мы гордимся, что мы русские", "мы гордимся своей необъятной родиной", "мы гордимся...". Надо понять, что п_о_с_л_е всего того, чем мы заслуженно гордились, наш народ отдался духовной катастрофе Семнадцатого года (шире: 1915--1932), и с тех пор мы -- до жалкости не прежние, и уже нельзя в наших планах на будущее заноситься: как бы восстановить государственную мощь и внешнее величие прежней России. Наши деды и отцы, "втыкая штык в землю" во время смертной войны, дезертируя, чтобы пограбить соседей у себя дома, -- уже тогда СДЕЛАЛИ ВЫБОР за нас -- пока на одно столетие, а то, смотри, и на два. Не гордиться нам и советско германской войной, на которой мы уложили за 30 миллионов, вдесятеро гуще, чем враг, и только утвердили над собой деспотию. Не "гордиться" нам, не протягивать лапы к чужим жизням, -- а осознать свой народ в провале измождающей болезни, и молиться, чтобы послал нам Бог выздороветь, и разум действий для того.
     А если верно, что Россия эти десятилетия отдавала свои жизненные соки республикам, -- так и хозяйственных потерь мы от этого не понесем, только экономия физических сил. СЛОВО К УКРАИНЦАМ И БЕЛОРУСАМ
     Сам я -- едва не на половину украинец, и в ранние годы рос при звуках украинской речи. А в скорбной Белоруссии я провел большую часть своих фронтовых лет, и до пронзительности полюбил ее печальную скудость и ее кроткий народ.
     К тем и другим я обращаюсь не извне, а как СВОЙ.
     Да народ наш и разделялся на три ветви лишь по грозной беде монгольского нашествия да польской колонизации. Это все -- придуманная невдавне фальшь, что чуть не с IX века существовал особый украинский народ с особым не-русским языком. Мы все вместе истекли из драгоценного Киева, "откуду русская земля стала есть", по летописи Нестора, откуда и засветило нам христианство. Одни и те же князья правили нами: Ярослав Мудрый разделял между сыновьями Киев, Новгород и все протяжение от Чернигова до Рязани, Мурома и Белоозера; Владимир Мономах был одновременно и киевский князь и ростово-суздальский; и такое же единство в служении митрополитов. Народ Киевской Руси и создал Московское государство. В Литве и Польше белорусы и малороссы сознавали себя русскими и боролись против ополяченья и окатоличенья. Возврат этих земель в Россию был всеми тогда осознаваем как ВОССОЕДИНЕНИЕ.
     Да, больно и позорно вспомнить указы времен Александра II (1863, 1876) о запрете украинского языка в публицистике, а затем и в литературе, -- но это не продержалось долго, и это было из тех умопомрачных окостенений и в управительной, и в церковной политике, которые подготовляли падение российского государственного строя.
     Однако и суетно-социалистическая Рада 1917 года составилась соглашением политиков, а не была народно избрана. И когда, переступив от федерации, объявила выход Украины из России -- она не опрашивала всенародного мнения.
     Мне уже пришлось отвечать эмигрантским украинским националистам, которые втверживают Америке, что "коммунизм -- это миф, весь мир хотят захватить не коммунисты, а русские" (и вот -- "русские" уже захватили Китай и Тибет, так и стоит уже 30 лет в законе американского Сената). Коммунизм -- это такой МИФ, который и русские, и украинцы испытали на своей шее в застенках ЧК с 1918 года. Такой МИФ, что выгреб в Поволжьи даже семенное зерно, и отдал 29 русских губерний засухе и вымирательному голоду 1921-22 года. И тот же самый МИФ предательски затолкал Украину в такой же беспощадный голод 1932-33. И вместе перенеся от коммунистов общую кнуто-расстрельную коллективизацию, -- неужели мы этими кровными страданиями не соединены?
     В Австрии и в 1848 галичане еще называли свой национальный совет -- "Головна Русска Рада". Но затем в отторгнутой Галиции, при австрийской подтравке, были выращены искаженный украинский ненародный язык, нашпигованный немецкими и польскими словами, и соблазн отучить карпатороссов от русской речи, и соблазн полного всеукраинского сепаратизма, который у вождей нынешней эмиграции прорывается то лубочным невежеством, что Владимир Святой "был украинец", то уже невменяемым накалом: нехай живе коммунизм, абы сгубились москали! [Прим. скан. - По-украински пишется: "нехай живе комунiзм, аби згубились москалi!"]
     Еще бы нам не разделить боль за смертные муки Украины в советское время. Но откуда этот замах: по живому отрубить Украину (и ту, где сроду старой Украины не было, как "Дикое Поле" кочевников -- Новороссия, или Крым, Донбасс и чуть не до Каспийского моря). И если "самоопределение нации" -- так нация и должна свою судьбу определять с_а_м_а. Без всенародного голосования -- этого не решить.
     Сегодня отделять Украину -- значит резать через миллионы семей и людей: какая перемесь населения; целые области с русским перевесом; сколько людей, затрудняющихся выбрать себе национальность из двух; сколькие -- смешанного происхождения; сколько смешанных браков -- да их никто "смешанными" до сих пор не считал. В толще основного населения нет в тени нетерпимости между украинцами и русскими.
     Братья! Не надо этого жестокого раздела! -- это помрачение коммунистических лет. Мы вместе перестрадали советское время, вместе попали в этот котлован -- вместе и выберемся.
     И за два века -- какое множество выдающихся имен на пересечении наших двух культур. Как формулировал М. П. Драгоманов: "Неразделимо, но и не смесимо." С дружелюбием и радостью должен быть распахнут путь украинской и белорусской культуре не только на территории Украины в Белоруссии, но и Великороссии. Никакой насильственной русификации (но и никакой насильственной украинизация, как с конца 20-х годов), ничем не стесненное развитие параллельных культур, в школьные классы на обоих языках, по выбору родителей.
     Конечно, если б украинский народ ДЕЙСТВИТЕЛЬНО пожелал отделиться -- никто не посмеет удерживать его силой. Но -- разнообразна эта обширность, и только МЕСТНОЕ население может решать судьбу своей местности, своей области,-- а каждое новообразуемое при том национальное меньшинство в этой местности -- должно встретить такое же ненасилие к себе.
     Все сказанное полностью относится и к Белоруссии, кроме того, что там не распаляли безоглядного сепаратизма.
     И еще: поклониться Белоруссии и Украине мы должны за чернобыльское бедовище, учиненное карьеристами и дураками советской системы, -- и исправлять его, чем сможем. СЛОВО К МАЛЫМ НАРОДАМ И НАРОДНОСТЯМ
     И после всех отделений ваше государство все равно, неизбежно, останется многонародным, хотя мы не гонимся за тем.
     Для некоторых, даже и крупных, наций, как татары, башкиры, удмурты, коми, чуваши, мордва, марийцы, якуты, -- почти что и выбора нет: непрактично существовать государству, вкруговую охваченному другим. У иных национальных областей -- будет внешняя граница, и если они захотят отделяться -- запрета не может быть и здесь. (Да еще и не во всех автономных республиках коренная народность составляет большинство.) Но при сохранении всей их национальной самобытности в культуре, религии, экономике -- есть им смысл и остаться в Союзе.
     Как показало в XX веке создание многих малых государственных образований -- это непосильно обременяет их избытком учреждений, представительства, армией, отсекает от пространных территорий разворота торговли и общественной деятельности. Так и горские кавказские народы, пред революцией столь отличавшиеся в верности российскому трону, вероятно еще поразмыслят, есть ли расчет им отделяться. Не крупный Российский Союз нуждается в примыкании малых окраинных народов, но они нуждаются в том больше. И -- исполать им, если хотят с нами.
     В советской показной и лживой государственной системе присутствуют, однако, и верные, если честно их исполнять, элементы. Таков -- Совет Национальностей, палата, где должен быть услышан, не потерян голос и самой наималейшей народности. И вместе с тем справедлива нынешняя иерархия: "союзных республик" -- автономных республик -- автономных областей -- и национальных округов. Численный вес народа не должен быть в пренебрежении, отказываться от этой пропорциональности -- путь к хаосу; так может прозябать ООН, но не жизнеспособное государство.
     Крымским татарам, разумеется, надо открыть полный возврат в Крым. Но при плотности населения XXI века Крым вместителен для 8-10 миллионов населения -- и стотысячный татарский народ не может себе требовать ВЛАДЕНИЯ им.
     И наконец -- наималейшие народности: ненцы, пермяки, эвенки, манси, хакасцы, чукчи, коряки... и не перечислить всю дробность. Все они благополучно жили в царской "тюрьме народов", а к вымиранию поволокли их мы, коммунистический Советский Союз. Сколько зла причинила им окаянщина нашей администрации и наша хищная и безмозглая индустрия, неся гибель и отраву их краям, выбивая из-под этих народностей последнюю жизненную основу, особенно тех, чей объем так угрожающе мал, что не дает им бороться за выживание. Надо успеть -- подкрепить, оживить и спасти их! Еще не вовсе поздно.
     Каждый, и самый малый, народ -- есть неповторимая грань Божьего замысла. Перелагая христианский завет, Владимир Соловьев написал: "Люби все другие народы, как свой собственный."
     XX век содрогается, развращается от политики, освободившей себя от всякой нравственности. Что требуется от любого порядочного человека, от того освобождены государства и государственные мужи. Пришел крайний час искать более высокие формы государственности, основанные не только на эгоизме, но и на сочувствии. ПРОЦЕСС РАЗДЕЛЕНИЯ
     Итак, о_б_ъ_я_в_и_т_ь о несомненном праве на полное отделение тех двенадцати республик -- надо безотлагательно и твердо. А если какие-то из них заколеблются, отделяться ли им? С той же несомненностью вынуждены объявить о НАШЕМ отделении от них -- мы, оставшиеся. Это -- уже слишком назрело, это необратимо, будет взрываться то там, то сям; все уже видят, что вместе нам не жить. Так не тянуть взаимное обременение.
     Еще этот мучительный и затратный процесс разделения отяжелит первый переходный период для всех нас, первую пору нового развития: сколько еще нужно средств, средств, когда их и так нет. Однако лишь это разделение прояснит нам прозор будущего.
     Но самогО реального отделения нельзя произвести никакой одноминутной декларацией. Всякое одностороннее резкое действие -- это повреждение множества человеческих судеб и взаимный развал хозяйства. И это не должно быть похоже, как бежали португальцы из Анголы, отдав ее беспорядку и многолетней гражданской войне. С этого момента должны засесть за работу комиссии экспертов всех сторон. Не забудем и: как безответственно-небрежна была советская прометка границ. В каких-то местах может понадобиться уточненная, по истинному расселению, в каких-то -- и местные плебисциты под беспристрастным контролем.
     Конечно, вся эта разборка может занять несколько лет.
     Перед миллионами людей встанет тяжелый вопрос: оставаться, где они живут, или уезжать? -- а это связано с разорением всей их жизни, быта и нуждою в значительной помощи. (И не только для русских с окраин, но и окраинных уроженцев, живущих ныне в России.) Куда ехать? где новый кров? как дожить до новой работы? Это должно стать не личной бедой, а заботой вот этих комиссий экспертов и государственных компенсаций. И каждое новосозданное государство должно дать четкие гарантии прав меньшинств.
     И еще сложней: как наладится безболезненная разъемка народных хозяйств или установление торгового обмена и промышленного сотрудничества на независимой основе.
     И вот только в ходе этой работы и даже лишь по окончании ее перед каждым государственным образованием подымутся его подлинные Проблемы, а не тот заядлый "национальный вопрос", который так натер шею нам теперь, что перекосил все чувства и всю действительность.
     Из того будущего разительные неожиданности проступают нам и сейчас. Так нетерпеливо жаждет национальной независимости Грузия! (Впрочем, Россия не завоевывала ее насильственно, а только Ленин в 1921.)
     А вот уже сегодня: притеснение абхазцев, притеснение осетин и недопуск на исконную родину высланных Сталиным месхов,-- неужели это и есть желанная национальная свобода?
     За что б мы ни взялись, над чем бы ни задумались в современной политической жизни -- никому из нас не ждать добра, пока наша жестокая воля гонится лишь за нашими ИНТЕРЕСАМИ, упуская не то что Божью справедливость, но самую умеренную нравственность. НЕОТЛОЖНЫЕ МЕРЫ РОССИЙСКОГО СОЮЗА
     За три четверти века так выбедняли мы, засквернели, так устали, так отчаялись, что у многих опускаются руки, и уже кажется: только вмешательство Неба может нас спасти.
     Но не посылается Чудо тем, кто не силится ему навстречу.
     И судьба наших детей, и наша воля к жизни, и наше тысячелетнее прошлое, и дух ваших предков, перелившийся же как-то в нас, -- помогут найти силы преодолеть и это, и это все.
     И хоть не отпущено нам времени размышлять о лучших путях развития и составлять размеренную программу, и обречены мы колотиться, метаться, затыкать пробоины, обтесняют нас первосущные нужды, вопиющие каждая о своем, о своем, -- не должны мы терять хладнокровия и предусмотрительной мудрости в выборе первых мер.
     Я не берусь в одиночку перечислять их: должны сойтись на совет здравые практические умы, на сотрудничество -- лучшие энергии. Рыдает все в нашем сегодняшнем хозяйстве, и надо искать ему путь, без этого жить нельзя. И надо же скорей открыть людям трудовой смысл, ведь уже полвека никому нет никакого расчета работать! и некому хлеб выращивать, и некому за скотом ходить. И миллионы обитают так, что и жилищами назвать нельзя, или по двадцать лет в гнойных общежитиях. И нищенствуют все старики и инвалиды. И загажены наши дивные когда-то просторы промышленными свалками, изрыты чудовищным бездорожьем. И мстит природа, неблагодарно презренная нами, и расползаются радиоактивные пятна Чернобыля, да не только его.
     И ко всему теперь вот -- готовить переселение соотечественникам, теряющим жительство? Да, неизбежно.
     И -- откуда же набрать средств?
     А: до каких же пор мы будем снабжать и крепить -- неспособные держаться тиранические режимы, насаженные нами в разных концах Земли,-- этих бездонных расхитчиков нашего достояния? -- Кубу, Вьетнам, Эфиопию, Анголу, Северную Корею, нам же -- до всего дело! и это еще не все названы, еще тысячами околачиваются наши "советники", где ни попало. И столько крови пролито в Афганистане -- жалко и его упустить? гони деньги и туда?.. Это все -- десятки миллиардов в год.
     Вот кто н_а э_т_о даст отрубный единомгновенный отказ -- вот это будет государственный муж и патриот.
     А до каких пор и зачем нам выдувать все новые, новые виды наступательного оружия? да всеокеанский военный флот? Планету захватывать? А это все -- уже сотни миллиардов в год. И это тоже надо отрубить -- в одночас. Может подождать -- и Космос.
     А еще -- льготное снабжение Восточной Европы нашим на все страдательным сырьем. Пожили "социалистическим лагерем" -- и хватит. За страны Восточной Европы -- радуемся, и пусть живут и цветут свободно, -- а платят за все по мировым ценам.
     И этого мало? Так пресечь безоглядные капитальные вложения в промышленность, не успевающие ожить.
     Наконец -- необозримое имущество КПСС, об этом уже все говорят. Награбили народного добра за 70 лет, попользовались. Конечно, уже не вернут ничего растраченного, разбросанного, расхищенного,-- но отдайте хоть что осталось: здания, и санатории, и специальные фермы, в издательства,-- и живите на свои членские взносы. (И за чисто партийный стаж -- платите и пенсии сами, не от государства.)
     И всю номенклатурную бюрократию, многомиллионный тунеядный управительный аппарат, костенящий всю народную жизнь, -- с их высокими зарплатами, поблажками да специальными магазинами, -- кончаем кормить! Пусть идут на полезный труд, и сколько выручат. При новом порядке жизни четыре пятых министерств и комитетов тоже не станут нужны.
     Вот отовсюду от этого -- и деньги.
     А на что ушло пять, скоро шесть лет многошумной "перестройки"? На жалкие внутрицекашные перестановки. На склепку уродливой искусственной избирательной системы, чтобы только компартии не упустить власть. На оплошные, путаные и нерешительные законы.
     Нет, не откроется народного пути даже к самому неотложному, и ничего дельного мы не достигнем, пока коммунистическая ленинская партия не просто уступит пункт конституции -- но полностью устранится от всякого влияния на экономическую и государственную жизнь, полностью уйдет от управления нами, даже какой-то отраслью нашей жизни или местностью. Хотелось бы, чтоб это произошло не силовым выжиманием и вышибанием ее -- но ее собственным публичным раскаянием: что цепью преступлений, жестокостей и бессмыслия она завела страну в пропасть и не знает путей выхода. Вот чему пора, а не состраивать теперь для позорной преемственности новую РКП, принимать всю кровь и грязь на русское имя и волочиться против хода истории. Такое публичное признание партией своей вины, преступности и беспомощности стало бы хоть первым разрежением нашей густо-гнетущей моральной атмосферы.
     А еще высится над нами -- гранитная громада КГБ, и тоже не пускает нас в будущее. Прозрачны их уловки, что именно сейчас они особенно нужны -- для международной разведки. Все видят, что как раз наоборот. Вся цель их -- существовать для себя, и подавлять всякое движение в пароде. Этому ЧКГБ с его кровавой 70-летней злодейской историей -- нет уже ни оправдания, ни права на существование. ЗЕМЛЯ
     Для чего-то же дано земле -- чудесное, благословенное свойство плодоносить. И -- потеряны те скопления людей, кто не способен взять от нее это свойство.
     Земля для человека содержит в себе не только хозяйственное значение, но и нравственное. Об этом убедительно писали у нас Глеб Успенский, Достоевский, да не только они.
     Ослабление тяги к земле -- большая опасность для народного характера. А ныне крестьянское чувство так забито в вытравлено в нашем народе, что, может быть, его уже и не воскресить, опоздано перепоздано.
     Как вводится сегодняшняя аренда -- больше обман и издевательство, ни толку ни ряду, только хуже погубят охоту у людей, потянувшихся к земле. Арендаторы остаются в гнущей зависимости от колхозно-совхозных властей, и те могут вволю беззаконствовать. Под аренду выделяются часто худшие, заброшенные земли, и подороже берут за них, и инвентарь по завышенной цене, а продукцию вынуждают сдавать подешевле; то не дают обещанных кормов, то отбирают взятых на откорм животных, пропали и труд, и деньги; а "сельхозтехника" может внезапно нарушить договор. Да участок земли -- это еще не свобода крестьянина, нужен же и свободный рынок, и доступный транспорт, и кредит, и ремонт техники, и строительный материал.
     За все реформы мы беремся как похуже -- так и тут. Только губят дело и отбивают у людей последнюю веру в обещания власти.
     Вообще по сравнению с колхозами -- личная аренда (и не от колхозов, а от местного самоуправления) несомненный шаг к улучшению нашего сельского хозяйства. В норме, установленной для данной местности (в соответствии с кадастром), -- аренда пожизненная и с неограниченной передачей по наследству; с отобранием участка лишь в случае небрежного землеуходства, но не от болезни семьи арендатора; с правом добровольного отказа от участка -- и в этом случае оплатой арендатору того, что он вложил в землю и возвел на ней. (И для всего этого совсем не нужен специальный административный аппарат над арендаторами: подобные случаи не будут многочисленны, и с ними управится местное земство.)


  Сохранить

[ 1 ] [ 2 ] [ 3 ] [ 4 ]

/ Полные произведения / Солженицын А.И. / Как нам обустроить Россию


2003-2019 Litra.ru = Сочинения + Краткие содержания + Биографии
Created by Litra.RU Team / Контакты

 Rambler's Top100 Яндекс цитирования
Дизайн сайта — aminis