Войти... Регистрация
Поиск Расширенный поиск



Есть что добавить?

Присылай нам свои работы, получай litr`ы и обменивай их на майки, тетради и ручки от Litra.ru!

/ Полные произведения / Байрон Дж.-Г. / Манфред

Манфред [1/3]

  Скачать полное произведение

    Джордж Гордон Байрон. Манфред
     Драматическая поэма
     There are more things in heaven
     and earth, Horatio, than are dreamt
     of in your philosophy.
     Shakespeare {*}.
     {* Есть на земле и в небе то, что вашей
     Не снилось философии, Горацио. - Шекспир,}
     DRAMATIS PERSONAE {*}
     {* Действующие лица (лат.).}
     Манфред.
     Фея Альп.
     Охотник за сернами.
     Ариман.
     Аббат св. Маврикия.
     Немезида.
     Мануэль.
     Парки.
     Герман.
     Духи.
     Действие происходит в Бернских Альпах, -
     частью в замке Манфреда, частью в горах.
    АКТ ПЕРВЫЙ
    СЦЕНА ПЕРВАЯ
     Готическая галерея. - Полночь.
     Манфред
     (один)
     Ночник пора долить, хотя иссякнет
     Он все-таки скорей, чем я усну;
     Ночь не приносит мне успокоенья
     И не дает забыться от тяжелых,
     Неотразимых дум: моя душа
     Не знает сна, и я глаза смыкаю
     Лишь для того, чтоб внутрь души смотреть.
     Не странно ли, что я еще имею
     Подобие и облик человека,
     Что я живу? Но скорбь - наставник мудрых;
     Скорбь - знание, и тот, кто им богаче,
     Тот должен был в страданиях постигнуть,
     Что древо знания - не древо жизни.
     Науки, философию, все тайны
     Чудесного и всю земную мудрость -
     Я все познал, и все постиг мой разум, -
     Что пользы в том? - Я расточал добро
     И даже сам встречал добро порою;
     Я знал врагов и разрушал их козни,
     И часто враг смирялся предо мной, -
     Что пользы в том? - Могущество и страсти,
     Добро и зло - все, что волнует мир, -
     Все для меня навеки стало чуждым
     В тот адский миг. Мне даже страх неведом,
     И осужден до гроба я не знать
     Ни трепета надежд или желаний,
     Ни радости, ни счастья, ни любви. -
     Но час настал. -
     Таинственные силы!
     Властители вселенной безграничной.
     Кого искал я в свете дня и в тьме!
     Вы, в воздухе сокрытые, - незримо
     Живущие в эфире, - вы, кому
     Доступны гор заоблачные выси,
     И недра скал, и бездны океана, -
     Во имя чар, мне давших власть над вами,
     Зову и заклинаю вас: явитесь!
     Молчание.
     Ответа нет. - Так именем того,
     Кто властвует над вами, - начертаньем,
     Которое вас в трепет повергает, -
     Велением бессмертного! - Явитесь!
     Молчание.
     Ответа нет. - Но, духи тьмы и света,
     Вам не избегнуть чар моих: той силой,
     Что всех неотразимее, - той властью,
     Что рождена на огненном обломке
     Разрушенного мира, - на планете,
     Погибшей и навеки осужденной
     Блуждать среди предвечного пространства,
     Проклятием, меня гнетущим, - мыслью,
     Живущею во мне и вкруг меня, -
     Зову и заклинаю вас: явитесь!
     В темном конце галереи появляется неподвижная звезда
     и слышится голос, который поет.
     Первый дух
     Смертный! На луче звезды
     Я спустился с высоты.
     Силе чар твоих послушный,
     Я покинул мир воздушный,
     Мой чертог среди эфира,
     Нежно сотканный дыханьем
     Туч вечерних и сияньем
     Золотистого сафира
     В предзакатной тишине.
     Смертный! Что велишь ты мне?
     Второй дух
     Монблан - царь гор, он до небес
     Возносится главой
     На троне скал, в порфире туч,
     В короне снеговой.
     Лесами стан его повит.
     Громовый гул лавин
     В могучей длани держит он
     Над синей мглой долин.
     Века веков громады льдов
     Вдоль скал его ползут,
     Но чтоб низвергнуться во прах -
     Моих велений ждут.
     Я грозный повелитель гор,
     Единым словом я
     До недр их потрясти могу, -
     Кто ты, чтоб звать меня?
     Третий дух
     В тишине заповедной,
     В синей бездне морей,
     Где сирена вплетает
     Перлы в зелень кудрей,
     Где во мраке таится
     Водяная змея, -
     Гулом бури твой голос
     Долетел до меня.
     Мой чертог из коралла
     Он наполнил собой, -
     Что ты хочешь, о смертный?
     Дух морей пред тобой!
     Четвертый дух
     Где недра вулканов
     Кипят в полусне
     И лава клокочет
     В гудящем огне,
     Где Анды корнями
     Ушли в глубину -
     Вершинами гордо
     Стремясь в вышину, -
     Во мраке подземном
     Тебе я внимал,
     На зов твой покорно
     Из мрака предстал!
     Пятый дух
     Я дух и повелитель бурь,
     Я властелин ветров;
     Свой путь к тебе я совершал
     Средь молний и громов.
     Чрез океан нес ураган
     Меня на голос твой, -
     Плыл в море флот, но в бездне вод
     Он будет пред зарей!
     Шестой дух
     Дух Ночи пред тобой, дух темноты -
     Зачем меня терзаешь светом ты?
     Седьмой дух
     Твоей звездою правил я
     В те дни, когда еще земля
     Была не создана. То был
     Мир дивный, полный юных сил,
     Мир, затмевавший красотой,
     Теченьем царственным своим
     Все звезды, что блистали с ним
     В пустыне неба голубой.
     Но час настал - и навсегда
     Померкла дивная звезда!
     Огнистой глыбой без лучей,
     Зловещим призраком ночей,
     Без цели мчится вдаль она,
     Весь век блуждать осуждена.
     И ты, родившийся под той
     Для неба чуждою звездой,
     Ты, червь, пред кем склоняюсь я,
     В груди презренье затая,
     Ты, властью, данною тебе,
     Чтобы предать тебя Судьбе,
     Призвавший лишь на краткий миг
     Меня в толпу рабов своих,
     Скажи, сын праха, для чего
     Ты звал владыку своего?
     Семь духов
     Владыки гор, ветров, земли и бездн морских,
     Дух воздуха, дух тьмы и дух твоей судьбы -
     Все притекли к тебе, как верные рабы, -
     Что повелишь ты им? Чего ты ждешь от них?
     Манфред
     Забвения.
     Первый дух
     Чего - кого - зачем?
     Манфред
     Вы знаете. Того, что в сердце скрыто.
     Прочтите в нем - я сам сказать не в силах.
     Дух
     Мы можем дать лишь то, что в нашей власти:
     Проси короны, подданных, господства
     Хотя над целым миром, - пожелай
     Повелевать стихиями, в которых
     Мы безгранично царствуем, - все будет
     Дано тебе.
     Манфред
     Забвенья - лишь забвенья.
     Вы мне сулите многое, - ужели
     Не в силах дать лишь одного?
     Дух
     Не в силах.
     Быть может, смерть...
     Манфред
     Но даст ли смерть забвенье?
     Дух
     Забвение неведомо бессмертным:
     Мы вечны - и прошедшее для нас
     Сливается с грядущим в настоящем.
     Вот наш ответ.
     Манфред
     Вы надо мной глумитесь;
     Но властью чар, мне давших власть над вами,
     Я царь для вас. - Рабы, не забывайтесь!
     Бессмертный дух, наследье Прометея,
     Огонь, во мне зажженный, так же ярок,
     Могуч и всеобъемлющ, как и ваш,
     Хотя и облечен земною перстью.
     Ответствуйте - иль горе вам!
     Дух
     Мы можем
     Лишь повторить ответ: он заключен
     В твоих словах.
     Манфред
     В каких?
     Дух
     Ты говорил нам,
     Что равен нам; а смерть для нас - ничто.
     Манфред
     Так я напрасно звал вас! Вы не в силах
     Иль, не хотите мне помочь.
     Дух
     Проси:
     Мы все дадим, что только в нашей власти.
     Проси короны, мощи, долголетья...
     Манфред
     Проклятие! К чему мне долголетье?
     И без того дни долги! Прочь!
     Дух
     Помедли,
     Подумай, прежде чем нас отпустить.
     Быть может, есть хоть что-нибудь, что ценно
     В твоих глазах?
     Манфред
     О, нет! Но пред разлукой
     Мне хочется увидеть вас. Я слышу
     Печальные и сладостные звуки,
     Я вижу яркую недвижную звезду.
     Но дальше - мрак. Предстаньте предо мною.
     Один иль все, в своем обычном виде.
     Дух
     Мы не имеем образов - мы души
     Своих стихий. Но выбери любую
     Из форм земных - и примем мы ее.
     Манфред
     Нет ничего на всей земле, что б было
     Отрадно мне иль ненавистно. Пусть
     Сильнейший между вами примет образ,
     Какой ему пристойнее.
     Седьмой дух
     (появляясь в образе прекрасной женщины)
     Смотри!
     Манфред
     О боже! Если ты не наважденье
     И не мечта безумная, я мог бы
     Опять изведать счастье. О, приди,
     Приди ко мне, и снова...
     Призрак исчезает.
     Я раздавлен!
     (Падает без чувств.)
     Голос
     (произносящий заклинание)
     В час, когда молчит волна,
     Над волной горит луна,
     Под кустами - светляки,
     Над могилой огоньки;
     В час, когда сова рыдает,
     Метеор, скользя, блистает
     В глубине ночных небес
     И недвижен темный лес, -
     Властью, силой роковой
     Овладею я тобой.
     Пусть глубок твой будет сон -
     Не коснется духа он.
     Есть зловещие виденья,
     От которых нет спасенья:
     Тайной силою пленен,
     В круг волшебный заключен,
     Ты нигде их не забудешь,
     Никогда один не будешь -
     Ты замрешь навеки в них, -
     В темных силах чар моих.
     И проклятья вещий глас
     Уж изрек в полночный час
     Над тобой свой приговор:
     В ветре будешь ты с тех пор
     Слышать только скорбный стон;
     Ночью, скорбью удручен,
     Будешь солнца жаждать ты;
     Но едва из темноты
     Выйдет солнце над тобой -
     Будешь ночи ждать с тоской.
     Я в слезах твоих нашла
     Яд холодной лжи и зла,
     В сердце, полном мук притворных,
     Кровь, чернее ядов черных.
     Сорвала я с уст твоих
     Талисман тлетворный их -
     Твой коварно-тихий смех,
     Как змея, пленявший всех.
     Все отравы знаю я, -
     И сильнее всех - твоя.
     Лицемерием твоим,
     Сердцем жестким и сухим,
     Лживой нежностью очей,
     Злобой, скрытою под ней,
     Равнодушным безучастьем
     К братским горестям, несчастьям
     И умением свой яд,
     Свой змеино-жадный взгляд
     Глубоко сокрыть в себя -
     Проклинаю я тебя!
     Изливаю над тобой
     Уготованный судьбой,
     Роковой фиал твоих
     Мук и горестей земных:
     Ни забвенья, ни могилы
     Не найдет твой дух унылый;
     Заклинанье! - очарован
     И беззвучной цепью скован,
     Без конца томись, страдай
     И в страданьях - увядай!
    СЦЕНА ВТОРАЯ
     Гора Юнгфрау. - Утро. - Манфред, один на утесах.
     Манфред
     Сокрылись духи, вызванные мной,
     Не принесли мне облегченья чары,
     Не помогла наука волшебства.
     Я уж не верю в силы неземные,
     Они над прошлым власти не имеют,
     А что мне до грядущего, покуда
     Былое тьмой покрыто? - Мать Земля!
     Ты, юная денница, вы, о горы,
     Зачем вы так прекрасны? - Не могу
     Я вас любить. - И ты, вселенной око,
     На целый мир отверстое с любовью.
     Ты не даешь отрады только мне!
     Вы, груды скал, где я стою над бездной
     И в бездне над потоком различаю
     Верхи столетних сосен, превращенных
     Зияющей стремниною в кустарник, -
     Скажите мне, зачем над ней я медлю,
     Когда одно движенье, лишний шаг
     Навеки успокоили бы сердце
     В скалистом ложе горного потока?
     Оно зовет - но я не внемлю зову.
     Оно страшит - но я не отступаю,
     Мутит мой ум - и все же я стою:
     Есть чья-то власть, что жизнь нам сохраняет,
     Что заставляет жить нас, если только
     Жить значит пресмыкаться на земле
     И быть могилой собственного духа,
     Утратив даже горькую отраду -
     Оправдывать себя в своих глазах!
     Пролетает орел.
     Могучий царь пернатых, сын эфира,
     Превыше туч парящий в поднебесье,
     О, если бы мне быть твоей добычей
     И пищей для орлят твоих! В лазури
     Чернеешь ты, и я тебя чуть вижу,
     Меж тем как ты и вниз, и вверх, и вширь
     Пронзаешь взором воздух! - Как прекрасен,
     Как царственно-прекрасен мир земной,
     Как величав во всех своих явленьях!
     Лишь мы, что назвались его царями,
     Лишь мы, смешенье праха с божеством,
     Равно и праху чуждые и небу,
     Мрачим своею двойственной природой
     Его чело спокойное, волнуясь
     То жаждою возвыситься до неба,
     То жалкою привязанностью к праху,
     Пока не одолеет прах и мы
     Не станем тем, чего назвать не смеем,
     Что нам внушает ужас. - Чу, свирель!
     Вдали слышна свирель пастуха.
     Патриархально-сладостные звуки
     Далеко раздаются по ущельям,
     Сливаясь с колокольчиками стад,
     И жадно я внимаю им. - О, если б
     Я был незримым духом этих звуков,
     Гармонией свободной и живой,
     Блаженством бестелесным, что родится,
     Живет и умирает вместе с ними!
     Снизу поднимается охотник за сернами.
     Охотник
     Да, серна здесь промчалась! Но куда?
     Как на смех промелькнула и пропала!
     Боюсь, что не окупится сегодня
     Мой тяжкий труд. - Но кто это вдали?
     Он с виду не охотник, а поднялся
     На высоту, которой достигают
     Лишь лучшие охотники. На нем
     Богатый плащ, он мужественно-строен
     И горд, как сын свободного народа.
     Пойду к нему.
     Манфред
     (не замечая охотника)
     До срока поседеть
     От скорбных дум, подобно этим жалким
     Обломкам сосен, бурей искривленным,
     Погубленным одною зимней вьюгой, -
     И быть таким, с тоскою вспоминая
     Иные дни, и на челе носить
     Морщины, что оставили не годы,
     А лишь мгновенья, - тяжкие мгновенья,
     Ужасные, как вечность! Вы, лавины!
     Вы, глыбы льдов! Обрушьтесь на меня
     И поглотите жизнь мою! Я слышу
     Ваш непрестанный грохот, но, свергаясь,
     Вы губите лишь то, что жаждет жизни:
     Цветущий лес иль мирные селенья.
     Охотник
     С долины поднимаются туманы.
     Скажу ему, что нам пора спускаться,
     Не то он здесь останется навеки.
     Манфред
     Вкруг ледников дымится мгла и пахнет
     Горящей серой; белыми клубами
     К моим ногам всползают облака,
     Как пена из пучины преисподней,
     С тех жадных волн, что роют берег жизни,
     Обремененный грешными, как щебнем. -
     Я задыхаюсь.
     Охотник
     Он едва стоит:
     Мне нужно подойти к нему тихонько, -
     Иначе он сорвется.
     Манфред
     С тяжким гулом
     Обрушивались горы, прорывая
     Ткань облаков и сотрясая Альпы,
     Загромождали грудами обломков
     Зеленые цветущие долины,
     Запруживали реки, низвергаясь,
     И в пыль и мглу их воды раздробляли.
     Так некогда пал Розенберг. Зачем
     Я не стоял тогда в его долинах?
     Охотник
     Приятель, осторожней! Лишний шаг -
     И ты простишься с жизнью. Ради бога,
     Отдвинься от обрыва.
     Манфред
     (не слыша охотника)
     Как спокойно
     Уснул бы я! Мой прах не стал бы жалкой
     Игрушкой ветра, не был бы развеян
     По скалам и утесам. А теперь -
     Простите, небеса! О, не глядите
     Вы на меня с такою укоризной -
     Не для меня вы созданы. - Земля!
     Прими меня!
     Делает движение броситься со скалы, но охотник внезапно
     схватывает и удерживает его.
     Охотник
     Остановись, безумец!
     Не оскверняй долин преступной кровью -
     Иди за мной - я не пущу тебя!
     Манфред
     Как тяжко мне! - Нет, не держи так крепко -
     Я изнемог - кружась, мелькают горы -
     В глазах туман. Зачем ты здесь и кто ты?
     Охотник
     Скажу, скажу. - Теперь идем - все тонет
     В тумане - опирайся на меня -
     Стань вот сюда - сюда - и придержись
     За этот куст - дай руку и покрепче
     Возьми меня за пояс - легче! - так.
     Теперь смелей - недалеко до дома -
     Мы выберемся скоро на тропинку,
     Прорытую ручьями. - Прыгай - славно!
     Да ты любому горцу не уступишь!
     Медленно спускаются по скалам.
    АКТ ВТОРОЙ
    СЦЕНА ПЕРВАЯ
     Хижина в Бернских Альпах.
     Манфред и охотник.
     Охотник
     Нет, подожди - тебе еще опасно
     Пускаться в путь: ты слишком изнемог,
     Ты слаб еще и телом и душою.
     Вот отдохнешь - тогда мы и пойдем.
     Где ты живешь?
     Манфред
     Дорога мне известна.
     Я в провожатом больше не нуждаюсь.
     Охотник
     По виду твоему я замечаю,
     Что ты из тех, чьи замки так угрюмо
     Глядят со скал на хижины в долинах.
     Который твой? Я знаю в них лишь входы,
     Мне изредка доводится погреться
     У очагов их старых темных зал,
     За чашей, меж вассалов, но тропинки,
     Что с гор ведут к воротам этих замков,
     Известны мне с младенчества. Где твой?
     Манфред
     Не все ль равно?
     Охотник
     Ну, хорошо, не хмурься,
     Прости за спрос. Отведаем вина.
     Старинное! Не раз отогревало
     Оно меня средь наших ледников -
     Теперь пускай тебя согреет. - Выпьем!
     Манфред
     Прочь от меня! - На кубке кровь! - О боже,
     Ужели никогда она не сгинет?
     Охотник
     Какая кровь? Ты бредишь?
     Манфред
     Наша кровь!
     Та, что текла в сердцах отцов и в наших,
     Когда мы были юны и любили
     Так горячо, как было грех любить,
     Та, что встает из праха, обагряя
     Мрак, заступивший небо предо мною,
     Где нет тебя, а мне не быть - вовеки.
     Охотник
     Ты странный и несчастный человек;
     Но каковы бы ни были страданья,
     Каков бы ни был грех твой, есть спасенье:
     Терпение, смиренье и молитва.
     Манфред
     Терпение! - Нет, не для хищных птиц
     Придумано терпение: для мулов!
     Прибереги его себе подобным, -
     Я из другой породы.
     Охотник
     Боже мой!
     Да я б не взял бессмертной славы Телля,
     Чтоб быть тобой. Но повторяю: в гневе
     Спасенья нет; неси свой крест покорно.
     Манфред
     Я и несу. Ведь я живу - ты видишь.
     Охотник
     Такая жизнь - болезненные корчи.
     Манфред
     Я говорю - я прожил много лет,
     И долгих лет, но что все это значит
     Пред тем, что суждено мне: я столетья,
     Я вечность должен жить в неугасимой
     И тщетной жажде смерти!
     Охотник
     Как! Но ты
     Совсем не стар: ты средних лет, не больше.
     Манфред
     Ты думаешь, что наша жизнь зависит
     От времени? Скорей - от нас самих.
     Жизнь для меня - безмерная пустыня,
     Бесплодное и дикое прибрежье,
     Где только волны стонут, оставляя
     В нагих песках обломки мачт, да трупы,
     Да водоросли горькие, да камни!
     Охотник
     Увы, он сумасшедший! Без призора
     Его нельзя оставить.
     Манфред
     О, поверь, -
     Я был бы рад безумию; тогда бы
     Все что я вижу, было бы лишь бредом.
     Охотник
     Что ж видишь ты, иль думаешь, что видишь:
     Манфред
     Тебя, сын гор, и самого себя,
     Твой мирный быт и кров гостеприимный,
     Твой дух, свободный, набожный и стойкий,
     Исполненный достоинства и гордый,
     Затем что он и чист и непорочен,
     Твой труд, облагороженный отвагой,
     Твое здоровье, бодрость и надежды
     На старость безмятежную, на отдых
     И тихую могилу под крестом,
     В венке из роз. - Вот твой удел. А мой -
     Но что о нем - во мне уж все убито!
     Охотник
     И ты б со мною долей поменялся?
     Манфред
     Нет, друг, я не желаю зла тебе,
     Я участью ни с кем не поменяюсь:
     Я удручен, но все же выношу
     То, что другому было б не под силу
     Перенести не только наяву,
     Но даже в сновиденье.
     Охотник
     И с такою
     Душой, высокой, нежной, быть злодеем.
     Кровавой местью тешиться? - Не верю!
     Манфред
     О нет - нет - нет! Я только тех губил,
     Кем был любим, кого любил всем сердцем,
     Врагов я поражал, лишь защищаясь,


  Сохранить

[ 1 ] [ 2 ] [ 3 ]

/ Полные произведения / Байрон Дж.-Г. / Манфред


Смотрите также по произведению "Манфред":


2003-2019 Litra.ru = Сочинения + Краткие содержания + Биографии
Created by Litra.RU Team / Контакты

 Rambler's Top100 Яндекс цитирования
Дизайн сайта — aminis