Войти... Регистрация
Поиск Расширенный поиск



Есть что добавить?

Присылай нам свои работы, получай litr`ы и обменивай их на майки, тетради и ручки от Litra.ru!

/ Полные произведения / Мольер Ж.-Б. / Тартюф, или Обманщик

Тартюф, или Обманщик [1/4]

  Скачать полное произведение

    Комедия в пяти действиях
     Перевод М. Лозинского
     ______________________________________________
    ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА
     Г-жа Пернель, мать Оргона.
     Оргон, муж Эльмиры.
     Эльмира, жена Оргона.
     Дамис, сын Оргона.
     Мариана, дочь Оргона, влюбленная в Валера.
     Валер, молодой человек, влюбленный в Мариану.
     Клеант, шурин Оргона.
     Тартюф, святоша.
     Дорина, горничная Марианы.
     Г-н Лояль, судебный пристав.
     Офицер.
     Флипот, служанка госпожи Пернель.
     Действие происходит в Париже, в доме Оргона.
     ______________________________________________
     * ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ *
    ЯВЛЕНИЕ I
     Г-жа Пернель, Эльмира, Мариана, Дорина, Клеант, Флипот.
     Г-жа Пернель
     Идем, Флипот, идем. Уйти считаю благом.
     Эльмира
     Мне даже не поспеть за вашим быстрым шагом.
     Г-жа Пернель
     Прошу, сноха, прошу: вы оставайтесь тут.
     Все эти проводы -- один напрасный труд.
     Эльмира
     То, что мы делаем, прямая должность наша
     Но почему вы так торопитесь, мамаша?
     Г-жа Пернель
     А потому, что мне несносен этот дом
     И я внимания не вижу здесь ни в ком.
     Я ухожу от вас обиженная кровно:
     Все, что я ни скажу, встречают прекословно,
     Почтенья ни на грош, крик, шум, такой же ад,
     Как если нищие на паперти галдят.
     Дорина
     Я...
     Г-жа Пернель
     Милая моя, на свете нет служанки
     Крикливее, чем вы, и худшей грубиянки.
     Поверьте, и без вас я знаю, что и как.
     Дамис
     Но...
     Г-жа Пернель
     Мой любезный внук, вы попросту дурак.
     Вам это говорит не кто, как бабка ваша;
     И мной уже сто раз мой сын, а ваш папаша,
     Предупрежден, что вы последний сорванец,
     С которым он еще измучится вконец.
     Мариана
     Но ведь...
     Г-жа Пернель
     Известно всем, что вы, его сестрица,--
     Тихоня из тихонь, скромнейшая девица,
     Но только хуже нет, чем сонная вода,
     И вы небось тайком -- бесенок хоть куда.
     Эльмира
     Но разве...
     Г-жа Пернель
     Речь моя, быть может, вам обидна,
     Но вы себя во всем ведете препостыдно.
     Вам надлежало бы пример им подавать,
     Как это делала покойница их мать.
     Вы расточительны: нельзя смотреть без гнева,
     Когда вы рядитесь, как будто королева.
     Чтобы понравиться супругу своему,
     Такие пышные уборы ни к чему.
     Клеант
     Но все ж, сударыня...
     Г-жа Пернель
     Вас, сударь, не скрываю,
     Я всячески ценю, люблю и уважаю.
     А все ж, будь я мой сын, я бы с большим трудом
     Такого шурина к себе пускала в дом:
     Вы проповедовать изволите начала,
     Которых бы весьма стеречься надлежало.
     Я прямо говорю; я, сударь, такова
     И в сердце не таю правдивые слова.
     Дамис
     Ваш господин Тартюф устроился завидно...
     Г-жа Пернель
     Он чистая душа, его не слушать стыдно;
     И я чужой жалеть не стану головы,
     Когда его чернит такой глупец, как вы.
     Дамис
     Как? Мне -- мириться с тем, чтобы ханжа несчастный Царил у нас в дому, как деспот своевластный,
     И чтобы мы ничем развлечься не могли,
     Пока его уста свой суд не изрекли?
     Дорина
     Когда послушаешь его нравоученье,
     То, как ни поступи, все будет преступленье;
     В своем усердии он судит все и всех.
     Г-жа Пернель
     Он судит правильно и осуждает грех.
     На путь спасения он хочет всех направить,
     И сын мой должен вас в любви к нему наставить.
     Дамис
     Нет, бабушка, никто, будь он моим отцом,
     Меня не примирит с подобным молодцом.
     Я бы кривил душой, играя с вами в прятки:
     Я видеть не могу, не злясь, его повадки
     И знаю наперед, что этого ханжу
     В один прекрасный день на место посажу.
     Дорина
     И всякий бы другой, наверно, возмутился,
     Увидя, как пришлец в семействе воцарился,
     Как нищий, что сюда явился худ и бос
     И платьишка с собой на шесть грошей принес,
     Забылся до того, что с дерзостью великой
     Перечит каждому и мнит себя владыкой.
     Г-жа Пернель
     И все бы лучше шло, клянусь душой моей,
     Когда бы слушались его святых речей.
     Дорина
     Хоть вы его святым считаете упорно,
     А только, верьте мне, все это в нем притворно.
     Г-жа Пернель
     Вот язва!
     Дорина
     За него и за его слугу
     Я никому ни в чем ручаться не могу.
     Г-жа Пернель
     Каков его слуга, мне это неизвестно.
     Но за хозяина я вам ручаюсь честно.
     Вы недовольны им, он потому вас злит,
     Что правду вам в глаза открыто говорит.
     Он все греховное бичует всенародно
     И хочет лишь того, что небесам угодно.
     Дорина
     Да, только почему он с некоторых пор
     Желает, чтоб никто к нам не ступал на двор?
     Ужели грех такой, когда приходят гости,
     Что надо сатанеть от бешенства и злости?
     Вы знаете, о чем я думала уже:
     (указывая на Элъмиру)
     Мне кажется, что он ревнует к госпоже.
     Г-жа Пернель
     Молчите! Мыслимы ль такие рассужденья!
     Не он один сердит на эти посещенья.
     Весь этот с грохотом снующий к вам народ,
     И вечный строй карет, торчащих у ворот,
     И шумным сборищем толпящиеся слуги
     Досадную молву разносят по округе.
     Здесь, может быть, и нет особого вреда,
     Но люди говорят -- и в этом вся беда.
     Клеант
     Так вам хотелось бы, чтоб все кругом молчали?
     Была бы наша жизнь исполнена печали,
     Когда б мы начали скрываться от друзей
     Из страха перед тем, что скажет ротозей.
     И даже если бы отважиться на это,
     Как можно помешать, чтобы шептались где-то?
     От злоязычия себя не уберечь.
     Так лучше сплетнями и вовсе пренебречь.
     Нам подобает жить и мыслить благородно,
     А болтуны пускай толкуют как угодно.
     Дорина
     Едва ли кто другой, как Дафна с муженьком,
     Соседи милые, порочат нас тайком.
     Все те, кто славится зазорными делами,
     С особой легкостью других поносят сами;
     Они вам высмотрят в наикратчайший срок
     Малейшей нежности чуть видный огонек
     И тотчас весть о том распространяют дружно,
     Придав ей оборот такой, какой им нужно.
     Делами ближнего, подкрасив их под стать,
     Они свои дела стремятся оправдать
     И под защитою сомнительного сходства
     Облечь свои грешки личиной благородства,
     Переметнув к другим две или три стрелы
     На них направленной общественной хулы.
     Г-жа Пернель
     Вы рассуждаете довольно неуместно.
     Как добродетельна Оранта, всем известно:
     Святая женщина; а говорят, она
     Тем, что творится здесь, весьма возмущена.
     Дорина
     Пример чудеснейший, и хороша особа!
     Я верю, что она не согрешит до гроба.
     Все это рвение внушили ей лета,
     И -- хочет или нет -- она теперь свята.
     Пока пленять сердца в ней обитала сила,
     Она прелестных чар нисколько не таила;
     Но, видя, что в очах былого блеска нет,
     Решает позабыть ей изменивший свет
     И пышной святости густое покрывало
     Набросить на красу, которая увяла.
     Всегда так водится у старых щеголих.
     Им видеть нелегко, что все ушли от них.
     Осиротелые, полны глухой тревоги,
     С тоски они спешат постричься в недотроги,
     И неподкупный суд благочестивых жен
     Все покарать готов, на все вооружен;
     Они греховный мир бичуют без пощады --
     Не чтоб спасти его, а попросту с досады,
     Что вот другие, мол, вкушают от услад,
     Которых старости не залучить назад.
     Г-жа Пернель
     (Элъмире)
     Вот благоглупости, которые вам милы,
     Сноха. Да тут у вас и рта раскрыть нет силы;
     Она вам всякого утопит в трескотне.
     Но все-таки сказать кой-что пора и мне:
     Скажу вам, что мой сын был истинно счастливец,
     Когда им найден был такой благочестивец;
     Что этот человек был небом послан вам,
     Чтоб указать стезю заблудшимся умам;
     Что вы ему должны внимать беспрекословно
     И что лишь то грехом зовет он, что греховно.
     Все эти ужины, беседы, вечера --
     Все это сатаны лукавая игра.
     Там не услышите душеполезной речи:
     Все--шутки, песенки да суетные встречи;
     А если попадет им ближний на зубок,
     Так уж отделают и вдоль и поперек.
     И кто степеннее и разумом зрелее,
     Тот просто угорит в подобной ассамблее.
     Там сплетен целый воз в единый миг готов,
     И, как сказал один ученый богослов,
     Столпотворение бывает, как в дни оны,
     И каждый языком разводит вавилоны;
     И тут же вспомнил он при этом заодно...
     (Указывая на Клеанта.)
     Вам, сударь, вижу я, как будто бы смешно?
     Я быть записанной в шутихи не желаю
     И потому...
     (Эльмире)
     Сноха, прощайте. Я смолкаю.
     Отныне здешний дом я ставлю в полцены,
     И вы меня к себе не скоро ждать должны.
     (Давая Флипот оплеуху.)
     Ты что? Сомлела, что ль? Ишь, рада бить баклуши!
     Гром божий! Я тебе еще нагрею уши.
     Ну, замарашка, ну!
     lh?ВЛЕНИЕ II
     mi.
     Клеант
     Я с ними не пойду,
     А то ведь долго ли опять нажить беду
     С такой старухою...
     Дорина
     Ах, я жалеть готова,
     что этого сейчас она не слышит слова;
     Вам показали бы, чего достоин тот,
     Кто женщин, как она, старухами зовет.
     Клеант
     Как из-за пустяков она рассвирепела!
     И как про своего Тартюфа сладко пела!
     Дорина
     И все же матушка разумнее, чем сын.
     Вы посмотрели бы, чем стал наш господин!
     В дни смуты он себя держал, как муж совета,
     И храбро королю служил в былые лета;
     Но только он совсем, как будто одурел
     С тех пор, как в голову ему Тартюф засел;
     Тот для него -- что брат, милее всех на свете,
     Стократ любезнее, чем мать, жена и дети.
     Он учинил его наперсником своим,
     Во всех своих делах он им руководим;
     Его лелеет он, целует и едва ли
     С такою нежностью красавиц обожали;
     За стол сажает он его вперед других
     И радостен, когда тот ест за шестерых;
     Все лучшие куски ему, конечно, тоже;
     И если тот рыгнет--наш: "Помоги вам боже!"
     Он, словом, бредит им. Тартюф--герой, кумир,
     Его достоинствам дивиться должен мир;
     Его малейшие деяния -- чудесны,
     И что ни скажет он -- есть приговор небесный.
     А тот, увидевши такого простеца,
     Его своей игрой морочит без конца;
     Он сделал ханжество источником наживы
     И нас готовится учить, пока мы живы.
     И даже молодец, что у него слугой,
     Нам что ни день урок преподает благой;
     Влетает, как гроза, и на пол мечет рьяно
     Все наши кружева, и мушки, и румяна.
     Намедни этот плут нашел и разорвал
     Платочек, что у нас в житьях святых лежал,
     И заявил, что мы свершаем грех безмерный,
     Святыню пачкая такой бесовской скверной.
    ЯВЛЕНИЕ III
     Эльмира, Мариана, Дамис, Клеант, Дорина.
     Эльмира
     (Клеанту)
     Вы мудры, что себя решили поберечь
     И слушать не пришли напутственную речь.
     Сейчас подъехал муж; мой брат, я вас покину
     И ждать его пройду на нашу половину.
     Клеант
     А я, для скорости, с ним повидаюсь тут
     И побеседую хоть несколько минут.
    ЯВЛЕНИЕ IV
     Клеант, Дамис, Дорина.
     Дамис
     Поговорите с ним о свадьбе Марианы.
     Боюсь, не ставит ли Тартюф и здесь капканы,
     Советуя отцу тянуть день ото дня;
     А это может ведь коснуться и меня.
     Как молодой Валер пленен моей сестрою,
     Так мне его сестра милее всех, не скрою.
     И если...
     Дорина
     Он идет.
    ЯВЛЕНИЕ V
     Оргон, Клеант, Дорина.
     Оргон
     А, шурин, в добрый час!
     Клеант
     Я думал уходить и рад, что встретил вас.
     Небось соскучились в деревне не на шутку?
     Оргон
     Дорина...
     (Клеанту)
     Милый друг, останьтесь на минут
     И чтобы у меня забота отлегла,
     Позвольте разузнать про здешние дела.
     (Дорине)
     Ну, что здесь за два дня случилось? Как вы? Что вы? Кто что поделывал? И все ль у нас здоровы?
     Дорина
     Да вот у барыни позавчера весь день
     Был очень сильный жар и страшная мигрень.
     Оргон
     Ну, а Тартюф?
     Дорина
     Тартюф? И спрашивать излишне:
     Дороден, свеж лицом и губы словно вишни.
     Оргон
     Ах, бедный!
     Дорина
     Вечером у ней была тоска;
     За ужином она не съела ни куска --
     Все так же голова болела прежестоко.
     Оргон
     Ну, а Тартюф?
     Дорина
     Сидел и кушал одиноко
     В ее присутствии. Потупив кротко взгляд,
     Две куропатки съел и съел бараний зад.
     Оргон
     Ах, бедный!
     Дорина
     Барыня совсем и не уснула;
     Легла, но даже глаз ни разу не сомкнула:
     То ей озноб мешал, то жар всего нутра.
     Мы около нее сидели до утра.
     Оргон
     Ну, а Тартюф?
     Дорина
     Тартюф? Томим дремотой сладкой,
     Он, встав из-за стола, прошел к себе украдкой
     И в теплую постель без промедленья лег,
     Где и проспал всю ночь, не ведая тревог.
     Оргон
     Ах, бедный!
     Дорина
     Наконец ее уговорили:
     Она позволила, чтобы ей кровь пустили,
     И облегчение настало в тот же миг.
     Оргон
     Ну, а Тартюф?
     Дорина
     Тартюф? Он духом был велик.
     Собою жертвуя без всяческих условий,
     Чтоб возместить ущерб сударыниной крови,
     За завтраком бутыль он осушил до дна.
     Оргон
     Ах, бедный!
     Дорина
     Но теперь окрепла и она,
     И я бегу скорей, чтоб ей сказать два слова
     О том, как рады вы, что барыня здорова.
     h?ВЛЕНИЕ VI
     i
     Клеант
     Она же вам в глаза смеется, милый зять!
     И, не желая вас нисколько раздражать,
     Я прямо вам скажу, что это по заслугам.
     Ну, позволительно ль страдать таким недугом?
     Ведь не сидит же в нем и вправду колдовство,
     Что вы все на земле забыли для него,
     Что, дав ему у вас разжиться на покое,
     Вы собираетесь...
     Оргон
     Нет, это все пустое.
     Да вы его к тому ж не знаете совсем.
     Клеант
     Допустим, я его не знаю, но затем,
     Чтоб человека знать, мне кажется, едва ли...
     Оргон
     Ах, шурин, если б вы и впрямь его узнали,
     Вы в восхищении остались бы навек!
     Вот это человек... Ну, словом... человек!
     Кто следует ему, вкушает мир блаженный,
     И мерзость для него все твари во вселенной.
     Я стал совсем другим от этих с ним бесед:
     Отныне у меня привязанностей нет,
     И я уже ничем не дорожу на свете;
     Пусть у меня умрут брат, мать, жена и дети,
     Я этим огорчусь вот столько, ей-же-ей!
     Клеант
     Я человечнее не слыхивал речей.
     Оргон
     Ах, если б так, как мне, его пришлось вам встретить,
     Вы не могли б его любовью не отметить!
     Он в церковь приходил вседневно, тих, смирен,
     Молился близ меня и не вставал с колен.
     Все в храме на него взирали с изумленьем --
     Таким он пламенным объят был исступленьем;
     Он простирался ниц и воздыхал в тиши
     И землю лобызал от полноты души;
     Когда я выходил, он поспешал ко входу,
     Чтоб своеручно мне подать святую воду.
     Из уст его слуги, который был, как он,
     Узнав, кто он такой, что он всего лишен,
     Я стал его кой-чем дарить; но каждократно
     Меня он умолял частицу взять обратно.
     "Нет,-- говорил он,-- нет, я взял бы разве треть;
     Не стою я того, чтобы меня жалеть".
     Когда ему на то я отвечал отказом,
     Он тут же к нищим шел и раздавал все разом.
     Тогда, вняв небесам, его к себе я ввел,
     И с той поры мой дом поистине процвел.
     Здесь он за всем следит, и я доволен очень,
     Что и моей женой он кровно озабочен:
     Он бережет ее от недостойных глаз
     Ревнивее, чем я, по крайности в шесть раз.
     Но до чего свое он простирает рвенье!
     Себе он сущий вздор вменяет в преступленье,
     О всяком пустяке печалясь и скорбя.
     Так, например, на днях он упрекал себя
     За то, что изловил блоху, когда молился,
     И, щелкая ее, не в меру горячился.
     Клеант
     Да вы с ума сошли, ей-богу, мой родной!
     Или вы попросту смеетесь надо мной?
     Вы полагаете, что этаким безумством...
     Оргон
     Мой шурин, ваш ответ проникнут вольнодумством; Оно и вообще в душе сидит у вас;
     И, как я вам уже предсказывал не раз,
     Вы на себя еще накличете напасти.
     Клеант
     Так разглагольствуют все люди вашей масти:
     Вам нужно лишь таких, как сами вы, слепцов,
     И вольнодумец тот, кто зрением здоров;
     А кто гнушается ужимок лицемерья,
     Тот подает пример кощунства и безверья.
     Оставьте! Ваших слов не испугаюсь я;
     Я смело говорю, и небо мне судья.
     Меня не проведет какой-нибудь кривляка.
     Притворный праведник -- что показной вояка;
     И как не видим мы, чтоб, выходя на бой,
     Прямой храбрец шумел, гордясь самим собой,
     Так истый праведник, чья жизнь примерна, тоже
     Не тот, кто напоказ гуляет с постной рожей.
     Как? Неужели вы не видите того,
     Где благочестие и где лишь ханжество?
     Ужель вы мерите их мерою единой,
     Как подлинным лицом, пленяетесь личиной,
     Чистосердечие отождествив с игрой,
     Смешав действительность с обманчивой марой,
     Не отличая плоть от оболочки лживой
     И полноценную монету от фальшивой?
     Как странно, право же, устроен человек!
     Естественным его не видим мы вовек,
     Пределы разума ему тесней темницы,
     Он силится во всем переступать границы,
     И наилучшие из всех своих даров
     Преувеличеньем он исказить готов.
     Все это просто так вы к сведенью примите.
     Оргон
     Еще бы! Ведь вы всех ученых знаменитей:
     Познанья всей земли ваш разум совместил;
     Вы наших дней мудрец, светило из светил,
     Оракул и Катон, единый на примете,
     И с вами коль сравнить, все дураки на свете.
     Клеант
     Нет, я ученостью отнюдь не знаменит,
     Познаний всей земли мой разум не хранит.
     Но если то назвать наукою возможно,
     Умею отличить, что истинно, что ложно.
     И как, по-моему, из всех героев тот
     Достойнее хвалы, кто праведно живет,
     И нет возвышенней и чище поученья,
     Чем подлинный огонь спасительного рвенья,--
     Так ничего гнусней и мерзостнее нет,
     Чем рвенья ложного поддельно яркий цвет,
     Чем эти ловкачи, продажные святоши,
     Которые, наряд напялив скомороший,
     Играют, не страшась на свете ничего,
     Тем, что для смертного священнее всего;
     Чем люди, полные своекорыстным жаром,
     Которые, кормясь молитвой, как товаром,
     И славу и почет купить себе хотят
     Ценой умильных глаз и вздохов напрокат;
     Чем люди, говорю, которые со страстью
     Небесною стезей бегут к земному счастью,
     Канючат каждый день, взор возведя горе,
     К пустынножительству взывают при дворе,
     Умеют святостью прикрыть свои пороки,
     Проворны, мстительны, бессовестны, жестоки
     И, чтобы погубить другого, рады вплесть
     Небесный промысел в свою слепую месть;
     Тем боле страшные в пылу неукротимом,
     Что борются они оружьем, всеми чтимым,
     Что их неистовство, дабы сердца привлечь,
     Для злодеяния берет священный меч.
     Они немалую посеяли заразу;
     Но истый праведник распознается сразу.
     И в наши времена, мой зять, святых сердец
     Нам явлен не один высокий образец:
     Возьмите Прокла вы, возьмите вы Клитандра,
     Оронта, Горгия, Даманта, Периандра --
     За ними этот сан мы все признать должны;
     При всех достоинствах, они не хвастуны,
     И в чванстве их никто не обвинит, конечно;
     Их благочестие терпимо, человечно;
     Они своим судом не судят наших дел,
     Блюдя смирению положенный предел,
     И, гордые слова оставив лицемерам,
     Нас научают жить делами и примером.
     Душа их не кипит пред кажущимся злом,
     Они всегда склонны найти добро в другом;
     Коварство, происки не встретят в них оплота;
     Для них достойно жить -- единая забота;
     Они на грешника не злобны никогда,
     Единственно к греху пылает в них вражда,
     И угрожать они не станут небесами
     Мрачней, чем небеса того желают сами.
     Вот это люди, вот как надо поступать,
     Вот нам с кого пример необходимо брать!
     По правде, ваш жилец не этого разбора.
     Вы очень искренне пленились им, нет спора;
     Но и не золото слепит нас иногда.
     Оргон
     Любезный шурин мой, вы все сказали?
     Клеант
     Да.
     Оргон
     Покорнейший слуга.
     (Хочет уйти.)
     Клеант
     Минутку, погодите.
     Оставим этот спор. Вы вот что мне скажите:
     Валеру как отец вы дали слово; так?
     Оргон
     Так.
     Клеант
     И условились, когда свершится брак?
     Оргон
     Да, верно.
     Клеант
     Так зачем такое промедленье?
     Оргон
     Не знаю.
     Клеант
     Или вы переменили мненье?
     Оргон
     Быть может.
     Клеант
     Вам милей -- согласье взять назад?
     Оргон
     Я так не говорю.
     Клеант
     Нет никаких преград
     К тому, чтоб вы могли исполнить обещанье.
     Орган
     Как посмотреть...
     Клеант
     К чему подобное вилянье?
     Валер меня просил все точно разузнать.
     Оргон
     И очень хорошо.
     Клеант
     Что мне ему сказать?
     Оргон
     Все, что желаете.
     Клеант
     Нет, это не годится.
     К какому вы пришли решенью?
     Оргон
     Положиться
     На приговор небес.
     Клеант
     Ведь это ж не ответ.
     Вы отступаетесь от слова или нет?
     Оргон
     Прощайте.
     (Уходит.)
     Клеант
     Я боюсь, Валера ждет опала,
     И я хотел бы с ним поговорить сначала.
     * ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ *
    ЯВЛЕНИЕ I
     Оргон, Мариана.
     Оргон
     А, дочь моя!
     Мариана
     Отец!
     Оргон
     Мне надо, дочь моя,
     Вам кое-что сказать.
     Мариана
     (Оргону, который заглядывает в соседнюю комнатку)
     Что ищете вы?
     Оргон
     Я
     Смотрю, нет ли кого случайно в гардеробной;
     Чтобы подслушивать, здесь уголок удобный.
     Ну вот, все хорошо. Вы, Мариана, мне В
     сегда казалися смиренною вполне,
     Поэтому я вас всегда любил сердечно.
     Мариана
     Отцовская любовь ценна мне бесконечно.
     Оргон
     Отлично сказано; и чтоб ее стяжать,
     Вам надобно отца всемерно ублажать.
     Мариана
     Я больше всех заслуг стремлюсь к такой заслуге.
     Оргон
     Так. Что вы скажете о нашем новом друге?
     Мариана
     Кто? Я?
     Оргон
     Вы. Но к своим прислушайтесь словам.
     Мариана
     Что ж, я о нем скажу все, что угодно вам.
    ЯВЛЕНИЕ II
     Оргон, Мариана, Дорина (входит неслышно и становится позади Оргона так, что тот ее не замечает).
     Оргон
     Ответ разумнейший. Скажите же, что, мол, он
     От головы до ног достоинств редких полон,
     Что вы пленились им и вам милей всего
     Повиноваться мне и выйти за него.
     А?
     Мариана
     А?
     Оргон
     Ну?
     Мариана
     Как?
     Оргон
     Ну что?
     Мариана
     Мне непонятно это.
     Оргон
     Как?
     Мариана
     Это вы о ком желаете ответа,
     Что я пленилась им и мне милей всего
     Повиноваться вам и выйти за него?
     Оргон
     Да о Тартюфе.
     Мариана
     Нет, отец, я лгать не стану.
     Что за охота вам склонять меня к обману?
     Оргон
     Я лжи не требую. То правдой быть должно.
     Довольно с вас того, что это решено.
     Мариана
     Как? Вы хотите...
     Оргон
     Да, мне нечего таиться:
     Я через вас хочу с Тартюфом породниться.
     На вас он женится, вот только и всего;
     И так как сами вы, конечно...
     (Заметив Дорину.)
     Вам чего?
     Уж очень, милая, вы любопытны, видно,
     Что так подслушивать являетесь бесстыдно.
     Дорина
     Не знаю и сама, по правде говоря,
     Откуда слух такой -- должно быть, просто зря, --
     Но слышала и я про эту свадьбу тоже,
     Да только это все на выдумку похоже.
     Оргон
     Как? Вам не верится?
     Дорина
     Настолько, что сейчас
     Не верю и тому, что слышала от вас.
     Оргон
     Есть способ у меня уверить вас на деле.
     Дорина
     Ну да! Вы попросту нас посмешить хотели.
     Оргон
     Я говорю лишь то, о чем решен вопрос.
     Дорина
     Оставьте!
     Оргон
     Дочь моя, я говорю всерьез.
     Дорина
     Ах, полно, барышня, не верьте вы папаше:
     Смеется он.
     Оpгон
     Я вас...
     Дорина
     Да бросьте шутки ваши
     Мы не поверим вам.
     Оргон
     Прошу к моим словам...
     Дорина
     Ну, ладно, верим мы; и тем стыднее вам.
     Как, сударь? Мыслимо ль, чтоб в этакие годы
     Почтенный человек, почти седобородый,
     Таким безумцем был чтоб...
     Оргон
     Милая моя,
     У вас есть вольности в речах, которых я
     Не потерплю; я вас предупреждаю строго.
     Дорина
     Давайте говорить спокойно, ради бога.
     Вы просто, может быть, позлить людей не прочь?
     Да и на что нужна святоше ваша дочь?
     Он должен помышлять насчет других занятий.
     И что вам за корысть была бы в этом зяте?
     Где ж это видано, чтоб от таких деньжищ
     Искали нищего?
     Оргон
     Молчите! Коль он нищ,
     То он становится для нас еще почтенней.
     Такая нищета всех кладов драгоценней:
     Превыше роскоши он ею вознесен,
     Затем что сам себя дал обездолить он
     Своей беспечностью к богатствам быстротечным
     И нерушимою любовью к благам вечным.
     Но с помощью моей, я знаю наперед,
     Он выйдет из нужды и свой удел вернет:
     Земля его отцов слыла весьма доходной;
     Ведь он хоть оскудел, а крови благородной.
     Дорина
     Да, так он говорит; но человек святой
     Не должен тешиться подобной суетой.
     Тому, кто одержим благочестивым рвеньем,
     Кичиться не к чему своим происхожденьем,
     И кто смирению душой отдался весь,
     Тот должен угасить в себе мирскую спесь.
     Что в ней?.. Ну вот, опять я чую вашу злобу:
     Оставим род его, возьмем его особу.
     Ужель, по-вашему, быть может отдана
     Такому вот, как он, такая, как она?
     Да вы подумайте хотя б о доброй славе
     И о последствиях, которых ждать вы вправе!
     Ведь если девушку к венцу насильно весть,
     То может пострадать супружеская честь:
     Ее желание быть мужу верным другом
     Зависит от того, кто будет ей супругом,
     И те, кому перстом повсюду тычут в лоб,
     Те сами сделали из жен таких особ.
     Довольно мудрено -- об этом нет и спора --
     Быть верными мужьям известного разбора;
     И кто приводит дочь насильственно к венцу,
     За все ее грехи ответствует творцу.
     Какой себе удел вы строите жестокий!
     Оргон
     Смотрите, у кого я должен брать уроки!
     Дорина
     А вам не вредно бы учиться у меня.
     Оргон
     Оставим, дочь моя, все это -- болтовня.
     Я ваш отец, и вам я не хочу дурного.
     Вы скажете, я дал уже Валеру слово?
     Но сверх того, что он, как говорят, игрок,
     В нем вольномыслия сидит еще порок:
     Я замечал, что он гнушается церквами.
     Дорина
     Вам надо, чтобы он бежал туда за вами
     И выставлял свое усердье напоказ?
     Оргон
     Об этом, милая, не спрашивают вас.
     А у Тартюфа все по части неба гладко,
     И это всякого полезнее достатка.
     Для вас же этот брак--ну просто будет клaд:
     Сплетение утех и всяческих услад.
     Вы с милым другом все забудете на свете,
     Как пара голубков, как маленькие дети;
     Он вас убережет от всяких передряг,
     А вы им будете вертеть и так и сяк.
     Дорина
     Она? Она ему наставит нос, поверьте.
     Оргон
     Вот речи!
     Дорина
     Да его вы только к ней примерьте:
     С ним вашей дочери не уберечься зла,
     Как добродетельна она бы ни была.
     Оргон
     Молчите! Вы сказать и слова не даете,
     Перебиваете и всюду нос суете!
     Дорина
     Ведь я о вашем же покое хлопочу.
     (Перебивает его всякий раз, как он оборачивается к дочери)
     Оргон
     Забота лишняя. Я слушать не хочу.
     Дорина
     Я б не любила вас...
     Оргон
     Прошу вас, не любите.
     Дорина
     А я вот вас люблю -- хотите, не хотите.
     Оргон
     О!
     Дорина
     Я не потерплю, чтоб вашу честь таскал
     С порога на порог досужий зубоскал.
     Оргон
     Да замолчите вы?
     Дорина
     Дать сбыться их союзу --
     Ведь это, право же, на совесть брать обузу.
     Оргон
     Умолкнешь ли, змея, чей дерзновенный зев...
     Дорина
     Что это? Богомол--и вдруг приходит в гнев?
     Оргон
     Да, у меня вся желчь кипит от этой чуши!
     Прошу тебя, молчи и не терзай мне уши.
     Дорина
     Молчу. Но думаю при этом про себя.
     Оргон
     И думай, бог с тобой, но только не трубя
     Об этом вслух, не то--смотри!..
     (Обращаясь к дочери.)
     Как муж совета,
     Я зрело взвесил все.
     Дорина
     (в сторону)
     Мне молча слушать это!
     Да я взбешусь!
     Чуть только он поворачивает голову, она умолкает.
     Оргон
     Тартюф красавцем не слывет.
     Но все же он таков...
     Дорина
     (в сторону)
     Он попросту урод.
     Оргон
     ...что если бы тебе и были безразличны
     Иные качества...
     Дорина
     (в сторону)
     Да, муженек отличный!
     Оргон поворачивается к Дорине и слушает ее, скрестив руки и смотря ей в лицо.
     Нет, безнаказанно меня-то уж никак
     Никто бы не втянул в такой насильный брак;
     Я доказала бы, не выжидая срока,
     Что женщине ходить за мщеньем недалеко.
     Оргон
     (Дорине)
     Так, значит, на ветер словами я сорю?
     Дорина
     Да что вы! Разве же я с вами говорю?
     Оргон
     А что ж ты делаешь?
     Дорина
     Я говорю с собою.
     Оргон
     Отлично.
     (В сторону.)
     Если я чего-нибудь да стою,
     Я глотку ей заткну вот этою рукою.
     Оргон все время готов дать Дорине пощечину и при каждом слове, которое он говорит дочери, оборачивается, чтобы взглянуть на Дорину, но та стоит молча.
     Вы, дочь моя, должны одобрить выбор мой...
     Поверить, что супруг... которого сначала...
     (Дорине.)
     Что ж ты не говоришь?
     Дорина
     Я все уже сказала.
     Оргон
     Ну хоть одно словцо!
     Дорина
     Я на слова скупа.
     Оргон
     А я-то поджидал!..
     Дорина
     Да я не так глупа.
     Оргон
     (Мариане)
     Короче, вы должны явить повиновенье
     И всепочтительно принять мое решенье.
     Дорина
     (убегая)
     Кто выйдет за него, не выжив из ума?
     Оргон хочет дать ей пощечину и промахивается
     Оргон
     Вот уж, скажу я вам, поистине чума,
     С которой без греха не проживешь и суток!
     Я больше говорить не в силах, кроме шуток:


  Сохранить

[ 1 ] [ 2 ] [ 3 ] [ 4 ]

/ Полные произведения / Мольер Ж.-Б. / Тартюф, или Обманщик


Смотрите также по произведению "Тартюф, или Обманщик":


2003-2019 Litra.ru = Сочинения + Краткие содержания + Биографии
Created by Litra.RU Team / Контакты

 Rambler's Top100 Яндекс цитирования
Дизайн сайта — aminis