Войти... Регистрация
Поиск Расширенный поиск



Есть что добавить?

Присылай нам свои работы, получай litr`ы и обменивай их на майки, тетради и ручки от Litra.ru!

/ Полные произведения / Линдгрен А. / Сказки

Сказки [1/5]

  Скачать полное произведение

    Сказки
    НЕТ РАЗБОЙНИКОВ В ЛЕСУ
    ПРИНЦЕССА, НЕ ЖЕЛАВШАЯ ИГРАТЬ В КУКЛЫ
    СОЛНЕЧНАЯ ПОЛЯНКА
    СТУК-ПОСТУК
    ЭЛЬФА И НОСОВОЙ ПЛАТОЧЕК
    ВЕСЕЛАЯ КУКУШКА
    В СТРАНЕ МЕЖДУ СВЕТОМ И ТЬМОЙ
    КРОШКА НИЛЬС КАРЛСОН
    ПЕТЕР И ПЕТРА
    ЗВЕНИТ ЛИ МОЯ ЛИПА, ПО‚Т ЛИ МОЙ СОЛОВУШКА ...
    МИРАБЕЛЬ
    Астрид ЛИНДГРЕН
     НЕТ РАЗБОЙНИКОВ В ЛЕСУ
     - Нет разбойников в лесу! - крикнул Петер, размахивая своим деревянным мечом, и взбежал на крыльцо. - Нет разбойников в лесу!
     Давно смеркалось, и бабушка полчаса тому назад выглядывала из окна и звала Петера домой. Но он заигрался на улице с мальчишками. До чего ж нравилось ему гостить у бабушки, и играть с мальчишками Янсонов было куда веселее, чем с ребятами у себя дома. Сегодня они даже стреляли из пугача.
     - Нет разбойников в лесу! - Бабушки на кухне не было.
     - Нет разбойников в лесу! - В гостиной ее тоже не было.
     В камине пылал огонь. Свет не зажигали. В углах сгустился мрак. Бабушкина качалка стояла у швейного столика. На диване лежали раскрытые сказки "Тысяча и одна ночь", точь-в-точь в том виде, как Петер их оставил, когда мальчишки Янсонов зашли за ним.
     - Нет разбойников в лесу! - Петер так сильно ударил деревянным мечом по дивану, что из него вылезло маленькое белое перо.
     - Нет разбойников в лесу! - в дальнем углу стоял кукольный домик, который подарили его маме, когда она была маленькая. Прекрасный кукольный домик, с кухней и столовой внизу и спальней и гостиной наверху. В гостиной сидела маленькая кукла в голубом платье. Звали ее Мимми. Петер навел на Мимми пугач и опять крикнул:
     - Нет разбойников в ле-е-е-су!
     Тут Мимми поднялась со стула и подошла к Петеру.
     - Нечего выдумывать, - сказала она. - Разбойники в лесу, конечно, есть!
     Лицо у нее было такое сердитое, что Петер и не подумал удивиться. Хотя... немножко удивительно, что кукла умела говорить. Такое случалось только в сказках. Петер решил получше поразмыслить об этом на досуге. А сейчас у него времени не было, потому что Мимми нахмурила брови и сказала:
     - Вот ты прибегаешь и горланишь, что в лесу нет разбойников, а их там полным-полно! Пойди, выгляни в окошко моей спальни, тогда увидишь!
     Она взяла Петера за руку и провела его через гостиную кукольного домика в спальню. Петер решил, что на досуге серьезно подумает о том, как это он смог поместиться в кукольном домике. Теперь же у него времени не было, потому что Мимми тащила его прямо к окошку.
     - Выгляни осторожно из-за занавески, чтобы Фиолито тебя не увидел, - сказала она.
     Петер выглянул очень осторожно из окна спальни в кукольном домике. Хотя ничего другого, кроме бабушкиной качалки и швейного столика, он не должен был увидеть - их-то он как раз и не увидел. А увидел он темный лес. И совсем близко, за деревом, стоял мужчина с черными усами, в широкополой шляпе и плаще.
     - Ну, что скажешь теперь? - торжествующе произнесла Мимми. - Может, по-твоему, это - не разбойник? В следующий раз думай о том, что болтаешь!
     - Никак это... Фиолито? - спросил Петер.
     - Могу в этом поклясться, - сказала Мимми. - Фиолито, предводитель шайки разбойников. У него сорок разбойников, которые повинуются ему по первому знаку.
     И тут Петер увидел, что почти за каждым деревом стоят разбойники.
     - Ты заперла дверь? - забеспокоился он.
     - Да, я пока еще в своем уме, - сказала Мимми. - Ясное дело, заперла дверь. Ведь я одна-одинешенька, сирота, а в доме полным-полно самых настоящих жемчужин! Как же тут не запереть дверь!
     - У тебя так много настоящих жемчужин! - изумился Петер.
     - Полным-полно, - повторила Мимми. - Глянь-ка сюда!
     Она указала на ожерелье из красных, зеленых, голубых и белых жемчужин, которое дважды обвивало ее шею.
     Когда маме Петера было семь лет, а она была младшей дочкой бабушки, она как-то раз забежала в лавку и купила мешочек стеклянных жемчужин за десять эре и сама нанизала вот это самое ожерелье для Мимми. Петер не раз слышал об этом. "В общем-то, - подумал он, - нельзя сказать, что это настоящие жемчужины".
     - Этим жемчужинам цены нет, вот так-то, - сказала Мимми. - И это за ними охотится Фиолито, понимаешь?
     Петер не на шутку забеспокоился. Но Мимми ничуть не казалась встревоженной.
     - Да ну их, этих разбойников, пойдем лучше в кухню и сварим какао, - предложила она.
     С верхнего этажа в нижний вела лестница. Мимми перебросила ногу через перила, съехала вниз и неловко приземлилась на полу в столовой. Петер спустился следом за ней. Вскоре они уже сидели за кухонным столом и пили какао, обмакивая в него булочки.
     - Хочешь еще одну? - спросила Мимми. И вот тут-то они услыхали, как кто-то крадется за кухонной дверью!
     - Фиолито! - прошептала Мимми и испуганно опрокинула свою чашку с какао.
     - Ты уверена, что дверь заперта? - прошептал Петер.
     Они увидели, как дверная ручка опустилась, и услышали, как кто-то
    навалился на дверь. Но дверь не поддалась.
     - Ха, ха, ничего не вышло! - произнесла довольная Мимми.
     Они услышали, как кто-то медленно, крадучись, удалялся. Они поспешили выглянуть из кухонного окошка. В лесу было совсем темно. Но разбойники развели костер, который отбрасывал вокруг зловещие тени.
     - Они наверняка собираются остаться здесь на всю ночь, - сказала Мимми. - Выстрели-ка из своего пугача, и мы увидим, испугаются они или нет.
     Петер открыл кухонное окошко и выстрелил прямо в черную ночь. Раздался глухой и жуткий выстрел. Паф! Разбойники испуганно вскочили на ноги. Мимми свесилась с подоконника.
     - Так вам и надо! - закричала она. - Теперь ты знаешь, что тебя ждет, Фиолито! Вот этот человек, - она указала рукой на Петера, - этот человек будет меня защищать до последней капли крови! - И, взяв Петера за руку, живо сказала: - Ведь ты сделаешь это?
     Петер кивнул. Да, он будет защищать ее до последней капли крови, другого выхода нет!
     Мимми с грохотом захлопнула кухонное окошко. И зевнула.
     - Как бы то ни было, попробуем заснуть. Только сначала я должна спрятать ожерелье. Но что, если...
     - Если... что? - спросил Петер.
     - Если Фиолито придет, пока мы спим, - ответила Мимми. Видно было, что она колеблется.
     - Я знаю, куда мне его спрятать, - наконец сказала она. - Пойдем, увидишь сам!
     Наверху в гостиной стоял на столе цветочный горшок. В нем росла азалия. Мимми вытянула цветок вместе с землей, которая крепко охватила корни азалии, положила ожерелье на дно горшка и посадила азалию на прежнее место.
     - Ну, а теперь попробуй-ка поищи, Господин Дурацкая Башка Фиолито, - сказала она. - Я клянусь - он не настолько умен, чтобы отыскать такой чудесный тайник.
     Она зевнула еще разок, побежала в спальню и бросилась на кровать. Петер улегся на другую. Свои меч и пугач он взял с собой. Кто знает, когда они могут понадобиться!
     - В спальне слишком жарко, нужно открыть окно, - сказала Мимми.
     - А как же Фиолито? - предостерег ее Петер.
     - А ну его, он не сможет подняться на второй этаж, - заверила его Мимми и настежь распахнула окно.
     Как приятно было вдыхать свежий, прохладный ночной воздух. Петер стал было засыпать, но тут Мимми внезапно села в кровати.
     - Слышишь? - прошептала она.
     Тут Петер услыхал, что кто-то лезет по стене дома.
     Мимми и Петер бросились к окну. В лесу, вскарабкавшись друг другу на спину, стояли все сорок разбойников. А над всеми возвышался Фиолито. Его длинные усы нависали над подоконником. Тогда Петер поднял свой деревянный меч и ударил Фиолито прямо по голове, так что широкополая шляпа слетела. Раздался страшный грохот. Все сорок разбойников ухнули вниз.
     Все, кроме Фиолито. Он не отнял рук от оконной рамы. Более того, он поднимался все выше и выше. И вот он уже забросил свою длинную ногу в спальню Все, кроме Фиолито. Он не отнял рук от оконной рамы. Более того, он поднимался все выше и выше. И вот он уже забросил свою длинную ногу в спальню. И как ужасно он засмеялся:
     - Ха-ха-ха!
     - Скорей в гостиную! - закричала Петеру Мимми.
     И в тот самый миг, когда Фиолито перебросил вторую ногу через подоконник, Мимми и Петер закрыли дверь в гостиную. Мимми повернула ключ.
     - Нужно подвинуть мебель к двери, - распорядилась она. Они уже слышали, как Фиолито изо всех сил дергает ручку двери. И поспешили подтащить к двери комод и взгромоздить на него все стулья, какие только были в комнате.
     Они слышали, как Фиолито все время ворчал, пока колотил в дверь. Но, увы, дверь оказалась не очень крепкой и не очень прочной. Она поддалась. Комод съехал в сторону, и Фиолито просунул в щелку свои мерзкие усы. Тогда все стулья обрушились ему на голову.
     - Не будь мне так страшно, я посмеялась бы до упаду, - сказала Мимми.
     Петер храбро заслонил ее своим телом; меч он держал наготове. Долго ждать ему не пришлось; Фиолито тут же двинулся к нему. У Фиолито тоже был в руках меч.
     - Горе тебе, несчастный, - крикнул он Петеру хриплым разбойничьим голосом и поднял меч.
     - Это тебе горе, ваша милость Дурацкая Башка! - сказала Мимми и показала Фиолито длинный нос.
     Начался бой. Четырнадцать раз прогнал Фиолито Петера вокруг гостиной, не переставая размахивать мечом. Наконец случилось самое ужасное! Фиолито выбил меч из рук Петера, и меч упал на пол. Фиолито вмиг наступил на него ногой.
     - Иди домой и ложись спать, Фиолито, - сердито сказала Мимми. - Зря ты буянишь, все равно жемчужного ожерелья тебе не видать.
     - Ха-ха-ха! - захохотал Фиолито. - Это мы еще посмотрим! Это мы еще посмотрим! - и принялся искать ожерелье.
     Мимми с Петром подпрыгнули и уселись на подоконник, чтобы лучше видеть.
     - Он никогда его не найдет, - прошептала Петеру Мимми.
     Фиолито искал в комоде, искал под ковром, искал за подушками в диване, искал в абажуре и искал в камине. Но в цветочном горшке не искал; разве могло ему прийти в голову, что там лежит жемчужное ожерелье? Потом он принялся искать по всему дому, а Мимми и Петер бегали рядом, глазели и хихикали, когда видели, какие глупости выкидывает Фиолито.
     - Будь я такой глупой, как ты, Фиолито, - сказала Мимми, - я бы взяла и удавилась на собственных усах.
     Тут Фиолито так разозлился, да, так разозлился, что стал искать по
    сторонам, чем бы запустить в Мимми. Они уже вернулись назад в гостиную - Фиолито решил проверить, не висит ли ожерелье на гвозде в камине. И вот тогда-то он так ужасно разозлился на Мимми. Единственное, что подвернулось ему под руку, был цветочный горшок. Разбойник поднял его над головой. Петер и Мимми закричали от ужаса - ясное дело, только потому, что подумали про ожерелье. Фиолито швырнул цветочный горшок прямо в Мимми, но та отскочила в сторону.
     Горшок с грохотом упал на пол и разбился. А в нем... в нем лежало
    жемчужное ожерелье Мимми.
     - Ха-ха-ха! - захохотал Фиолито, когда увидел ожерелье. - Я завладел им! Наконец-то! - И своими мерзкими разбойничьими пальцами взял прекрасное ожерелье. - Ха-ха-ха! - продолжал смеяться Фиолито, вылезая из окна спальни.
     Сорок разбойников снова забрались друг другу на плечи, чтобы Фиолито мог спуститься вниз.. Мимми поспешила к окну. Она высунула руку и стала дергать Фиолито за ус. Тому ничего не оставалось делать, как только лягаться ногами, ведь ему наверняка было больно. И тогда все разбойники посыпались вниз и разлеглись под окном.
     Но ожерелье, увы, ожерелье... досталось Фиолито!
     И он исчез с ним и со всеми своими сорока разбойниками в темной лесной чаще.
     - Ты очень жалеешь о своем ожерелье? - спросил Петер.
     Тогда Мимми хлопнула себя по животику и захохотала, да так, что сама подскочила.
     - Ожерелье, что унес Фиолито, стоит не больше десяти эре в любой лавке, - сказала она. - Это всего лишь подделка. Настоящее-то ожерелье у меня вот где!
     Она подошла к цветочному горшку, который стоял на окне гостиной. В нем росла герань. Мимми подняла цветок и вытащила из горшка ожерелье из красных, зеленых, голубых и белых жемчужин, ну точь-в-точь такое же, какое забрал Фиолито.
     Тут-то Петер и вспомнил, как его мама говорила, что она нанизала два жемчужных ожерелья для Мимми. В те времена, когда маме было семь лет и она была бабушкиной маленькой дочкой.
     - Драгоценные жемчужины! - произнесла Мимми и дважды обвила нитку жемчуга вокруг шеи. Потом поглядела на Петера: - Ну вот, глупыш. Ясное дело, разбойники в лесу есть, так что запомни это раз и навсегда!
     Кто-то вошел в дом. Это бабушка появилась в прихожей. Она зажгла свет. У кукольного домика сидел Петер и смотрел на Мимми, маленькую куклу в голубом платьице, с которой его мама так часто играла в детстве.
     Файл из библиотеки OCR Альдебаран: http://aldebaran.com.ru/
     Астрид ЛИНДГРЕН: НЕТ РАЗБОЙНИКОВ В ЛЕСУ
    Астрид ЛИНДГРЕН
     ПРИНЦЕССА, НЕ ЖЕЛАВШАЯ ИГРАТЬ В КУКЛЫ
     Жила-была па свете принцесса. Звали ее Лисе-Лотта. Волосы у нее были светлые, кудрявые, глаза голубые, почти как у всех принцесс. А еще была у нее целая комната игрушек. Чего там только не было: и чудесная маленькая мебель, и игрушечные кухонные плиты с настоящими маленькими кастрюльками и кофейниками. Были там и всякие игрушечные звери, и мягкие игрушечные кошки, и косматые игрушечные собачки, и кубики, и коробки с красками, и альбомы для раскрашивания, и настоящий игрушечный магазин с изюмом, миндалем, сахаром и леденцами в коробочках и много-много кукол. Но принцесса не желала играть в куклы. Не желала - и все тут.
     Ее мама-королева всякий раз огорчалась, когда видела, как Лисе-Лотта сидит невеселая в своей красивой комнате с игрушками и все о чем-то думает да думает.
     - Лисе-Лотта, почему ты не хочешь в куклы играть?
     - Это так скучно, - отвечала Лисе-Лотта.
     - Может, тебе купить новую куклу? - спрашивала королева.
     - Нет, нет, - отвечала Лисе-Лотта, - я вовсе не люблю кукол.
     И тогда королева стала думать, что Лисе-Лотта захворала, и послала за собственным доктором принцессы который тут же явился и дал новое лекарство. Теперь то уж она приободрится, повеселеет и начнет играть в куклы, - решил доктор.
     Но не тут-то было. Лисе-Лотта, правда, попыталась успокоить свою
    маму-королеву. Сотни миленьких кукольных платьиц висели на
    маленьких-премаленьких вешалках, оставалось только выбирать. Она взяла куклу в голубом платьице и надела вместо него красное. Но тут же, едва успев переодеть куклу и взглянуть на нее, сказала:
     - Ты такая же противная, как и была.
     И, зашвырнув куклу в угол, заплакала.
     Принцесса жила в необыкновенно красивом замке вместе с папой-королем и мамой-королевой. И была у них целая сотня придворных дам и столько же кавалеров. У Лисе-Лотты ни братьев, ни сестер не имелось, и других детей она не знала. Королева считала, что маленькой принцессе не подобает играть с детьми, которые родились не принцессами и не принцами. Лисе-Лотте, никогда не видавшей других детей, казалось, что на свете есть одни только взрослые, а маленькая она одна. Если иногда какая-нибудь из придворных дам пыталась поиграть с Лисе-Лоттой, девочка замыкалась, потому что считала это нелепым, садилась на стул и молчала.
     Замок располагался посреди большого сада, а вокруг тянулась высокая каменная стена. Заросшая колючими розами, она все равно оставалась высокой каменной стеной, так что не выглянешь на волю и не узнаешь, что за этой стеной находится. Правда, в той стене были чудесные ворота с высокими решетками, которые открывались и закрывались всякий раз, когда король выезжал в своей золоченой, запряженной шестеркой белых лошадей карете. Но у ворот всегда несли службу королевские солдаты, и Лисе-Лотта не хотела туда ходить: она была немножко застенчива.
     В самой глубине сада находилась маленькая-премаленькая решетчатая калитка. Ни одного солдата возле нее на страже не стояло, калитка была заперта, а ключ висел рядом на крючке. Принцесса часто гуляла у этой калитки и смотрела на волю.
     Но однажды случилось нечто удивительное. Подойдя к решетке, принцесса увидела, что за ней стоит человечек ничуть не больше ее самой. Это была просто-напросто маленькая девочка, точь-в-точь такая же маленькая, как и сама принцесса, только платье на этой девочке было не шелковое, как на Лисе-Лотте, а ситцевое, в скромную клеточку. Девочку звали Майей.
     - Почему ты такая маленькая? - спросила Лисе-Лотта.
     - Не меньше, чем ты, - ответила Майя.
     - Так-то оно так, - сказала Лисе-Лотта, - но мне казалось, что я -
    единственная на свете такая малышка.
     - Мы с тобой, пожалуй, одинаковые, - сказала Майя. - Тебе бы нужно
    повидать моего братца у нас дома, он - вот такой малюсенький.
     И Майя показала руками, какой именно он величины. Лисе-Лотта осталась весьма довольна. Подумать только, на свете есть люди, такие же маленькие, как она сама. А может, найдутся и еще меньше.
     - Открой мне калитку, и мы сможем поиграть, - предложила Майя.
     - Ну уж нет, - сказала Лисе-Лотта, - хуже игр ничего на свете нет, уж я-то знаю. А ты любишь играть?
     - Еще бы! И в самые разные игры, - сказала Майя. - Вот с этой моей куклой.
     Она протянула что-то, больше похожее на чурбанчик, закутанный в тряпки. Это была деревянная кукла. Когда-то, возможно, у нее и было лицо, но теперь нос отвалился, а глаза Майя сама нарисовала красками. Лисе-Лотта никогда в жизни не видела такой куклы.
     - Ее зовут Крошка, - пояснила Майя. - И она такая славная!
     "Может, - подумала Лисе-Лотта, - с Крошкой играть веселее, чем с другими куклами. Как бы то ни было, это очень приятно побыть с кем-то, кто такой же, как ты".
     Лисе-Лотта поднялась на цыпочки, достала ключ! и открыла Майе калитку.
     В этой стороне сада были густые заросли сирени. Девочки укрылись в них, словно в беседке, и их никто не мог видеть.
     - Как хорошо! - сказала Майя. - Давай поиграем, будто мы здесь живем, будто я мама, ты служанка, а Крошка - маленький ребенок.
     - Я согласна! - сказала Лисе-Лотта.
     - Но тебе нельзя называться Лисе-Лоттой, раз ты служанка, - продолжала Майя. - Я буду звать тебя просто Лоттой.
     - Я согласна! - повторила Лисе-Лотта.
     И они начали играть. Поначалу игра не ладилась, ведь Лисе-Лотта не знала, что должна делать служанка, не знала, как ухаживать за маленькими детьми, но довольно быстро она научилась. "Все-таки играть довольно весело", - подумала принцесса.
     Вскоре "хозяйке" понадобилось пойти в город - купить провизию.
     - Теперь, Лотта, ты должна подмести пол, - велела она. - И не забудь сварить Крошке молочный суп к двенадцати часам. Если она будет мокрая, переодень ее.
     - Хорошо, это я могу сделать, - согласилась Лисе-Лотта.
     - Нет, ты не так говоришь, - сказала Майя. - Ты должна отвечать:
    "Слушаюсь, госпожа".
     - Слушаюсь, госпожа, - повторила Лотта.
     И тогда "госпожа" отправилась в "город", а Лотта подмела пол веником из ветвей, которые она наломала, и Крошка поела молочный суп; Лисе-Лотта очень за ней ухаживала. Вскоре "хозяйка" вернулась домой, принесла "сахар", "шпинат" и прекрасную "телятину". Лисе-Лотта видела, конечно, что "сахар" - это просто песок, "шпинат" - листья сирени, "телятина" же - обыкновенная дощечка. Но уж очень приятно было думать, что они взаправдашние. И до чего весело! Щеки принцессы порозовели, глаза сияли.
     Потом "хозяйка" с Лоттой взяли малину и отжимали ее через красивый
    платочек принцессы, малиновый сок стекал по ее розовому платьицу, и
    принцесса никогда еще так не веселилась.
     Зато какой переполох поднялся в замке. Придворные дамы и кавалеры повсюду искали принцессу, а королева плакала от горя. Наконец она сама отправилась на поиски и отыскала Лисе-Лотту в глубине сада за густыми зарослями.
     - Дорогое мое дитя, - еще не придя в себя, закричала королева, - так поступать не годится!
     Но тут заплакала Лисе-Лотта.
     - Ах, мама, не мешай нам, уходи, ведь мы играем, - попросила она.
     Королева увидела "сыр", "шпинат", "жаркое из телятины" и Крошку... И сразу поняла, кто научил Лисе-Лотту играть и почему щеки у принцессы порозовели... Королева была достаточно умна и тут же предложила Майе приходить к ним каждый день и играть с принцессой. Можете представить себе, как обрадовались девочки. Они взялись за руки и закру Королева увидела "сыр", "шпинат", "жаркое из телятины" и Крошку... И сразу поняла, кто научил Лисе-Лотту играть и почему щеки у принцессы порозовели... Королева была достаточно умна и тут же предложила Майе приходить к ним каждый день и играть с принцессой. Можете представить себе, как обрадовались девочки. Они взялись за руки и закружились на месте.
     - Но мама, почему ты никогда не дарила мне такой куклы, как Крошка, с которой можно играть? - полюбопытствовала Лисе-Лотта.
     Королева смогла лишь ответить, что никогда не видела подобной куклы в тех дорогих лавках, где обычно покупала игрушки для принцессы. Теперь же, во всяком случае, Лисе-Лотте страшно захотелось иметь у себя такую куклу, как Крошка, и вот королева спросила, не хочет ли Майя поменяться и взять взамен одну из кукол Лисе-Лотты. Поначалу Майя и слышать об этом не хотела. Но королева уговорила ее хотя бы сходить с ними в замок и посмотреть кукол Лисе-Лотты.
     Когда Майя вошла в детскую принцессы, глаза ее расширились от удивления и стали такими большими, как блюдца. Столько игрушек сразу ей никогда видеть не доводилось, и сначала она подумала, что попала в игрушечную лавку.
     - Ой, сколько кукол! - ошеломленно сказала Майя.
     - Миленькая, моя миленькая, можешь взять, какую захочешь, только отдай мне Крошку, - попросила принцесса.
     Майя посмотрела на Крошку и посмотрела на все этих кукол с закрывающимися глазами. У Майи никогда ни одной такой не было.
     - Да, - сказала она, - надо же подумать и о Kpoшкином счастье. Так
    чудесно, как здесь, у меня дома ей никогда не будет. Там ей придется
    лежать просто в старой обувной коробке. Бери ее.
     - Спасибо, милая, милая Майя, - прошептала счастливым голосом Лисе-Лотта.
     - Не горюй, ты будешь приходить и видеть ее каждый день.
     - Непременно, - согласилась Майя, разглядывая большую куклу с кудрявыми каштановыми волосами, в светло-голубом шелковом платьице.
     - Можно я возьму ее? - прошептала она.
     Ей позволили. И когда Майя расправляла платьице на животе куклы, та пролепетала: "Мама".
     - Мне нужно пойти домой и показать куклу моей маме, - сказала Майя.
     И она сбежала по ступенькам и выскользнула из калитки; Майя крепко
    прижимала к груди куклу и была так рада, что даже забыла попрощаться.
     - Приходи завтра опять, - крикнула Лисе-Лотта.
     - Обязательно приду, - прокричала Майя. И скрылась из виду.
     - Мое самое красивое, милое дитя, - сказала Лисе-Лотта Крошке, - тебе пора спать.
     У Лисе-Лотты было несколько игрушечных колясок, но одна была гораздо красивее других. В ней уже лежала кукла, но ее Лисе-Лотта безжалостно швырнула на пол.
     И вот теперь Крошка лежала на розовой шелковой, вышитой цветами простынке, а накрыли ее светло-зеленым шелковым одеяльцем. Так она и лежала, с разбитым носом и нарисованными глазками, и глядела в потолок, как будто не могла поверить, что все это правда.
     Файл из библиотеки OCR Альдебаран: http://aldebaran.com.ru/
     Астрид ЛИНДГРЕН: ПРИНЦЕССА, НЕ ЖЕЛАВШАЯ ИГРАТЬ В КУКЛЫ
    Астрид ЛИНДГРЕН
     СОЛНЕЧНАЯ ПОЛЯНКА
     Давным-давно, в пору бед и нищеты, жили-были брат с сестрой. Остались они одни-одинешеньки на свете. Но маленькие дети не могут жить одни, кому-то да надо их опекать. И оказались тогда Маттиас и Анна с хутора Солнечная Полянка у хозяина хутора Торфяное Болото. Думаете, он взял их из жалости - ведь они сильно горевали после смерти своей матушки? Или его разжалобили их глаза - ясные и добрые? Вовсе нет, его привлекли их маленькие руки, верные и надежные, от которых может быть прок. Детские руки могут хорошо работать, когда не вырезают лодочки из бересты, не мастерят дудочки и не строят игрушечные шалаши на склонах холмов. Детские руки могут доить коров, чистить коровьи стойла в хлеву на Торфяном Болоте - все могут делать детские руки, надо только держать их как можно дальше от берестяных лодочек, игрушечных шалашей и всего того, к чему лежит у детей душа.
     - Видно, нет для меня радости на свете! - сказала Анна и заплакала.
     Она сидела на скамеечке в хлеву и доила коров.
     - Просто здесь на Торфяном Болоте все дни - серые, будто мыши-полевки, что бегают на скотном дворе, - постарался успокоить сестру Маттиас.
     В пору бед и нищеты, когда дети ходили в школу всего несколько дней в году, зимой, - в крестьянских избах часто недоедали. Потому-то хозяин Торфяного Болота и полагал, что им, ребятишкам, довольно и картошки, обмакнутой в селедочный рассол, чтобы насытиться.
     - Видно, недолго мне на свете жить! - сказала Анна. - На картошке с селедочным рассолом мне до следующей зимы не дотянуть.
     - И думать не смей! - приказал ей Маттиас. - Следующей зимой в школу пойдешь, и тогда дни не покажутся больше серыми, как мыши-полевки на скотном дворе.
     Весной Маттиас с Анной не строили водяные колеса на ручьях и не пускали берестяные лодочки в канавах. Они доили коров, чистили воловьи стойла в хлеву, ели картошку, обмакнутую в селедочный рассол, и частенько плакали, когда никто этого не видел.
     - Только бы дожить до зимы и пойти в школу, - вздыхала Анна.
     А как настало на Торфяном Болоте лето, Маттиас с Анной не собирали
    землянику и не строили шалаши на склонах холмов. Они доили коров, чистили воловьи стойла в хлеву, ели картошку, обмакнутую в селедочный рассол, и частенько плакали, когда никто этого не видел.
     - Только бы дожить до зимы и пойти в школу, - вздыхала Анна.
     А как настала на Торфяном Болоте осень, Маттиас с Анной не играли в прятки на дворе в сумерки, не сидели под кухонным столом по вечерам, не нашептывали друг другу сказки. Нет, они доили коров, чистили воловьи стойла в хлеву, ели картошку, обмакнутую в селедочный рассол, и частенько плакали, когда никто этого не видел.
     - Только бы дожить до зимы и пойти в школу, - вздыхала Анна.
     В пору бед и нищеты было так, что крестьянские дети ходили в школу только зимой. Неизвестно откуда в приход являлся учитель, селился в каком-нибудь домишке, и туда стекались со всех сторон дети - учиться читать да считать.
     А хозяин Торфяного Болота называл школу "преглупой выдумкой". Будь на то его воля, он, верно бы, не выпустил детей со скотного двора. Но не тут-то было! Даже хозяин Торфяного Болота не волен это сделать. Можно держать детей как можно дальше от берестяных лодочек, игрушечных шалашей и земляничных полянок, но нельзя отстранить их от школы. Случись такое, придет в селение пастор и скажет:
     - Маттиасу с Анной нужно идти в школу!
     И вот на Торфяном Болоте настала зима, выпал снег, а снежные сугробы поднялись почти до самых окон скотного двора. Анна с Маттиасом давай от радости друг с другом на мрачном скотном дворе плясать! И Анна сказала:
     - Подумать только, я дожила до зимы! Подумать только, завтра я пойду в школу!
     А Маттиас как закричит:
     - Эй вы, мыши-полевки со скотного двора! Конец теперь серым дням на Торфяном Болоте!
     Вечером пришли дети на поварню, а хозяин и говорит:
     - Ну ладно, так и быть, ходите в школу. Но только упаси вас бог на хутор к сроку не воротиться! Упаси вас бог оставить коров недоеными!
     Наступило утро, и Маттиас с Анной, взявшись за руки, пошли в школу. Путь туда был не близкий - в ту пору никто не заботился, далеко ли, близко ли в школу идти. Маттиас и Анна мерзли на холодном ветру, да так, что пальцы сводило, а кончик носа краснел.
     - Ой, до чего у тебя нос красный, Маттиас! - закричала Анна. - Повезло тебе, сейчас ты не такой серый, как мыши-полевки со скотного двора!
     Маттиас с Анной и вправду были как мыши-полевки: болезненно-серые лица, ветхая одежда: серый платок на плечах Анны и серая старая сермяжная куртка Маттиаса, что ему от хозяина Торфяного Болота досталась.
     Но теперь они шли в школу, а уж там, верно, ничего печального, ничего серого не будет, - думала Анна, - там, верно, все яркое, алое. И наверняка, их ожидают одни сплошные радости с утра до вечера! Ничего, что они с Маттиасом бредут по лесной дороге, словно две маленькие мыши-полевки, и так жестоко мерзнут в зимнюю стужу! Это вовсе не страшно!
     Только ходить в школу оказалось не так уж радостно, как думалось Маттиасу с Анной. Однако уже на другой день учитель хлестнул Маттиаса розгой по пальцам за то, что он не мог усидеть на месте. А как стыдно стало Маттиасу с Анной, когда пришло время завтракать! Ведь у них с собой, кроме нескольких картофелин, ничего не было. Другие дети принесли с собой хлеб со шпиком и сыром, а у Йоеля - сына бакалейщика, были даже пряники. Целый узелок с пряниками! Маттиас с Анной засмотрелись на эти пряники, у них даже глаза заблестели. А Йоель сказал:
     - Побирушки вы этакие, никак вы еды в глаза не видали?
     Еще пуще застыдились Маттиас с Анной, отвернулись в сторону, вздохнули и ни слова не сказали ему в ответ.
     Нет, не избавиться им, видно, от бедной, печальной, серой жизни!
     Но всякий день они упорно шли в школу, хотя снежные сугробы поджидали их на лесной дороге, а холод сводил им пальцы и были они всего-навсего бедными сиротами и хлеба со шпиком и сыром да пряников - в глаза не видали. Но как весело было сидеть кружком вокруг очага вместе с другими детьми из селения и читать по складам! Хозяин же хутора Торфяное Болото каждый день повторял:
     - Упаси вас бог на хутор к сроку не воротиться! Упаси вас бог оставить коров недоеными!
     Где уж там Маттиасу с Анной к сроку не воротиться! Мчались они лесом, словно две маленькие серые мыши-полевки по дороге в норку; до того хозяина боялись!
     Но вот однажды Анна остановилась посреди дороги, схватила за руку брата и говорит:
     - Не помогла мне, Маттиас, и школа. Видно, нет мне радости на этом свете и до весны мне не дотянуть!
     Только Анна вымолвила эти слова, глядь - птичка алая на дороге сидит! Такая алая на белом снегу, такая яркая-преяркая! И так звонко поет, что снег на ветвях елей тысячами снежных звездочек рассыпается. А звездочки эти тихо и мирно на землю падают...
     Протянула Анна руки к птичке, заплакала и сказала:
     - Птичка-то алая! Глянь-ка, она алая!
     Заплакал тут и Маттиас:
     - Она, верно, и не знает, что на свете водятся серые мыши-полевки!
     Взмахнула тут птичка алыми крылышками и полетела. Тогда Анна схватила за руку Маттиаса и говорит:
     - Если эта птичка улетит, я умру!
     Взявшись за руки, побежали тут брат с сестренкой следом за птичкой. Словно язычок яркого пламени трепетали крылышки птички, когда она неслась меж елей. И куда бы она ни летела, от звонкого ее пения на землю тихо падали снежные звездочки... Вдруг птичка понеслась прямо в лесную чащу; снует между деревьями, а дети за ней - и все дальше и дальше от дороги отходят. То в сугробах увязают, то о камни, что под снегом спрятались, спотыкаются, то ветки деревьев их по лицу хлещут! А глаза у Маттиаса и Анны так и горят!


  Сохранить

[ 1 ] [ 2 ] [ 3 ] [ 4 ] [ 5 ]

/ Полные произведения / Линдгрен А. / Сказки


Заказать сочинение      

Мы напишем отличное сочинение по Вашему заказу всего за 24 часа. Уникальное сочинение в единственном экземпляре.

100% гарантии от повторения!

2003-2017 Litra.ru = Сочинения + Краткие содержания + Биографии
Created by Litra.RU Team / Контакты

 Rambler's Top100 Яндекс цитирования
Дизайн сайта — aminis