Войти... Регистрация
Поиск Расширенный поиск



Есть что добавить?

Присылай нам свои работы, получай litr`ы и обменивай их на майки, тетради и ручки от Litra.ru!

/ Полные произведения / Азимов А. / Сами боги

Сами боги [13/19]

  Скачать полное произведение

    - Не моего, а Бэррона. Он пока занят, так почему бы не послужить вам гидом, пока он не освободится? К тому же это совсем другое дело! Неужели вы сами не понимаете? Моя работа заключается в том, чтобы нянчить десятка два земляшек... Вас не обижает, что я употребила это определение?
     - Я сам им пользуюсь.
     - Да. Потому что вы землянин. Но туристы с Земли считают его насмешливой кличкой, и им не нравится, когда ее употребляет лунянин.
     - То есть лунатик?
     Селена покраснела.
     - Вот именно.
     - Ну, так давайте не придавать значения словам. Вы ведь начали что-то говорить мне про вашу работу.
     - Так вот. Я обязана не допускать, чтобы эти двадцать земляшек сломали себе шеи. Я должна водить их по одному и тому же маршруту, произносить одни и те же фразы, следить, чтобы они ели, пили и ходили, соблюдая все правила и инструкции. Они осматривают положенные по программе достопримечательности и проделывают все, что принято проделывать, а я обязана быть безупречно вежливой и по-матерински заботливой.
     - Ужасно! - сказал землянин.
     - Но мы с вами можем делать, что захотим. Вы готовы рисковать, а я не обязана следить за тем, что я говорю.
     - Я ведь вам уже сказал, что вы спокойно можете называть меня земляшкой.
     - Ну, так значит, все в порядке. Я провожу свой выходной день в обществе туриста. Итак, чем бы вы хотели заняться?
     - На это ответить нетрудно. Я хотел бы осмотреть синхрофазотрон.
     - Только не это. Возможно, Бэррон что-нибудь устроит после того, как вы с ним поговорите.
     - Ну, в таком случае я, право, не знаю, что тут еще может быть интересного. Радиотелескоп, насколько мне известно, находится на обратной стороне, да и не такая уж это новинка... Предлагайте вы. Что обычно осматривают туристы?
     - Существует несколько маршрутов. Например, бассейны с водорослями. Нет, не фабрика, где они обрабатываются в стерильных условиях. Ее вы уже видели. Это комплекс, где их выращивают. Однако они очень сильно пахнут, и земляшки... земляне находят этот запах не слишком аппетитным... Земляш... земляне и так давятся нашей едой.
     - Это вас удивляет? А вы знакомы с земной кухней?
     - Практически нет. И думаю, что земная еда мне вряд ли понравится. Это ведь вопрос привычки.
     - Да, наверное, - ответил землянин со вздохом. - Если бы вам подали настоящую говядину, жесткие волокна и жирок, пожалуй, отбили бы у вас аппетит.
     - Можно побывать на окраине, где ведется пробивка новых коридоров. Но тогда надо надеть защитные костюмы. Есть еще заводы...
     - Я полагаюсь на ваш выбор, Селена.
     - Хорошо, я возьму это на себя, но только если вы честно ответите мне на один вопрос.
     - Пока я не услышу вопроса, я не могу обещать, что отвечу на него.
     - Я сказала, что земляшки, которым не нравятся другие земляшки, обычно остаются на Луне. Вы не стали возражать. Значит, вы намерены остаться на Луне?
     Землянин уставился на тупые носки своих тяжелых башмаков. Он сказал, не поднимая глаз:
     - Селена, визу на Луну я получил с большим трудом. Меня предупредили, что я слишком стар для такой поездки и, если мое пребывание на Луне затянется, мне скорее всего уже нельзя будет вернуться на Землю. А потому я заявил, что намерен поселиться на Луне навсегда.
     - И вы не лгали?
     - В тот момент я еще не решил. Но теперь я думаю, что, вероятно, останусь.
     - Странно! После такого заявления они тем более должны были бы вас не пустить.
     - Почему?
     - Обычно Земля предпочитает, чтобы ее физики не оставались на Луне насовсем.
     Губы землянина тронула горькая улыбка.
     - В этом отношении мне никаких препятствий не чинили.
     - Что же, раз вы намерены стать одним из нас, вам, пожалуй, следует осмотреть гимнастический комплекс. Земляне часто изъявляют желание посетить его, но, как правило, мы предпочитаем их туда не водить, хотя официально это не запрещено. Иммигранты - другое дело.
     - А почему такие сложности?
     - Ну, например, мы занимаемся там практически нагими. А что тут, собственно, такого? - В ее голосе появилась досада, словно ей надоело оправдываться. - Температура в городе поддерживается оптимальная, чистота везде стерильная, а то, что общепринято, ничьего внимания не привлекает. Кроме, конечно, туристов с Земли. Одни туристы возмущаются, другие хихикают, а третьи и возмущаются и хихикают. А нам это мешает. Менять же ради них мы ничего не собираемся и потому просто стараемся их туда не пускать.
     - А как же иммигранты?
     - Пусть привыкают. Они ведь сами скоро будут одеваться по лунным модам. А им посещать спортивный комплекс нужнее, чем урожденным лунянам.
     - И мы тоже должны будем раздеться? - спросил он весело.
     - Как зрители? Зачем же? Можно, конечно, но лучше не надо. Вам с непривычки будет неловко, да и с эстетической точки зрения вы поступите разумнее, если не станете спешить.
     - Вы прямолинейны, ничего не скажешь.
     - Что же делать? Взгляните правде в глаза. А поскольку я упражняться не собираюсь, то и мне проще обойтись без переодевания.
     - Но наше появление никаких возражений не вызовет? То есть мое присутствие там - присутствие земляшки с не слишком эстетической внешностью?
     - Не вызовет, если вы придете со мной.
     - Ну хорошо, Селена. А идти далеко?
     - Мы уже почти пришли. Вот сюда.
     - А, так вы с самого начала собирались показать мне ваш гимнастический комплекс?
     - Я подумала, что это может оказаться интересным.
     - Почему?
     - Ну, я просто так подумала, - улыбнулась Селена.
     Землянин покачал головой.
     - Я начинаю думать, что вы никогда ничего просто так не думаете. Дайте-ка я попробую догадаться. Если я останусь на Луне, мне необходимо будет время от времени заниматься гимнастикой, чтобы мышцы, кости, а может быть, и внутренние органы функционировали как следует.
     - Совершенно верно. Это необходимо нам всем, но иммигрантам с Земли - особенно. Довольно скоро вы начнете посещать спортивный комплекс каждый день.
     Они вошли в дверь, и землянин остановился как вкопанный.
     - Впервые я вижу тут что-то, что напоминает Землю!
     - Чем?
     - Размерами. Мне и в голову не приходило, что на Луне есть такие огромные помещения. Письменные столы, конторское оборудование, секретарши...
     - В шортах, - невозмутимо докончила Селена.
     - Согласен, что здесь сходство с Землей кончается.
     - У нас есть скоростная шахта и лифты для земляшек. Комплекс расположен на нескольких уровнях... Минутку!
     Селена подошла к одному из столов и вполголоса заговорила с секретаршей. Землянин тем временем с доброжелательным любопытством посматривал по сторонам.
     - Все в порядке, - сказала Селена, вернувшись. - И сейчас как раз начинается довольно интересный матч. Я знаю обе команды - на них стоит посмотреть.
     - Послушайте, а это место производит внушительное впечатление. Очень внушительное.
     - Если вы имеете в виду размеры, то этот комплекс все-таки тесноват, хотя он и больше остальных двух. Пока у нас их три. Это самый большой.
     - Почему-то мне очень приятно, что, несмотря на спартанские условия Луны, вы позволяете себе пожертвовать такое количество свободного пространства на развлечения.
     - Как на развлечения? - Селена даже обиделась. - Почему вы так решили?
     - Но ведь вы сказали - матч? То есть речь идет об игре?
     - Дело не в названии. На Земле у вас есть возможность устраивать спортивные состязания ради развлечения. Десять человек соревнуются, десять тысяч смотрят. На Луне все по-другому. То, что для вас - развлечение, для нас - жизненная необходимость... Вот сюда. Мы поедем на лифте, так что придется немного подождать.
     - Простите. Я вовсе не хотел вас обидеть.
     - Я не обиделась, но попробуйте немножко подумать. Вы, земляне, приспосабливались к земной силе тяжести добрых триста миллионов лет - с того самого момента, как живые организмы выбрались на сушу. Вы можете обходиться и без упражнений. А у нас еще не было времени приспособиться к лунной силе тяжести.
     - Однако у вас уже выработался свой тип.
     - У тех, кто родился и вырос в условиях лунной силы тяжести, кости и мышцы, естественно, менее массивны, чем у земляшек, но это лишь внешнее различие. Наш организм все же плохо к ней приспособлен и требует постоянной тренировки, чтобы функционировать нормально. И это касается, в частности, таких сложных и тонких функций, как пищеварение, выделение гормонов и тому подобное. Оттого что мы придаем упражнениям форму веселой игры, они не становятся пустым развлечением... Но вот и лифт.
     Землянин невольно попятился, и Селена продолжала все с тем же легким раздражением, словно устав от необходимости непрерывно объяснять и оправдываться:
     - Вам, конечно, не терпится сказать, что это не лифт, а плетеная кошелка. Еще ни один землянин не сел в него без такого вступления. Но в условиях лунной силы тяжести он достаточно прочен.
     Лифт медленно пошел вниз. Они были в нем одни. Землянин заметил:
     - По-видимому, им пользуются очень редко. На этот раз Селена улыбнулась.
     - Вы совершенно правы. Скоростная шахта быстрее и приятнее.
     - А что это такое?
     - Именно то, о чем говорит название... Мы приехали. Нам ведь надо было спуститься всего на два уровня. Скоростная шахта - это вертикальная труба с поручнями. Человек опускается или поднимается, придерживаясь за них. Но земляшек мы предпочитаем возить на лифтах.
     - Слишком опасно?
     - Сам спуск вовсе не опасен. Поручнями можно пользоваться, точно лестницей. Но молодые ребята обычно летят вниз с большой скоростью, а земляшки не умеют увертываться. Ну, а столкновения бывают довольно болезненными. Но со временем вы привыкнете. Собственно говоря, то, что вы увидите сейчас, - это тоже своего рода скоростная шахта, предназначенная для любителей острых ощущений.
     Они направились к барьеру, отгораживавшему широкий круглый провал. У барьера, облокотившись на него, стояли люди, одетые по большей части в легкие сандалии и шорты. Все непринужденно разговаривали, кое-кто ел. У многих через плечо были надеты сумки. Проходя мимо юноши, который с аппетитом выскребал зеленоватую массу из бумажного стаканчика, землянин невольно поморщился.
     - С зубами на Луне дело, наверное, обстоит не так уж хорошо, - сказал он.
     - Да, не слишком, - согласилась Селена. - Будь у нас такая возможность, мы предпочли бы обходиться совсем без них.
     - Без зубов?
     - Ну, возможно, не совсем. Мы, наверное, сохранили бы резцы и клыки из косметических соображений. А кроме того, они бывают полезны. И их нетрудно чистить. Но для чего нам коренные зубы? Как свидетельство нашего земного происхождения?
     - И вы что-нибудь для этого делаете?
     - Нет, - ответила Селена сдержанно. - Генетическое конструирование запрещено. На этом настаивает Земля.
     Она наклонилась над барьером и сказала:
     - Лунная площадка для игр! Землянин заглянул за барьер. Шахта уходила вертикально вниз футов на пятьсот и имела в поперечнике около пятидесяти футов. К ее гладким розовым стенам словно в хаотическом беспорядке были прикреплены металлические перекладины. Кое-где они отходили от стен перпендикулярно, а некоторые полностью пересекали ее по диаметру.
     Окружающие не обратили на землянина никакого внимания. Одни, скользнув взглядом по его одежде и лицу, равнодушно отворачивались. Другие приветственно махали рукой Селене и тоже отворачивались. Сильнее подчеркнуть полное отсутствие интереса они, пожалуй, не могли бы, хотя ничего демонстративного в их поведении не было.
     Землянин опять заглянул в шахту. Стройные фигуры на дне казались непропорционально укороченными, потому что он смотрел на них сверху. Он заметил, что на одних были красные трико, а на других - синие. Чтобы различать команды, решил он. Трико, по-видимому, выполняли еще и защитную функцию, так же как сандалии, перчатки и эластичные повязки над коленями и у локтей.
     - А, - пробормотал он, - женщины участвуют наравне с мужчинами.
     - Совершенно верно, - сказала Селена. - Тут все решает ловкость, а не сила.
     Раздался негромкий барабанный бой, и двое участников начали стремительно подниматься по противоположным стенкам шахты. В первые секунды они взбирались словно по приставной лестнице, но затем их движения убыстрились, и они уже только отталкивались от перекладин, звонко хлопая по ним ладонями.
     - На Земле невозможно проделать это с таким изяществом, - восхищенно сказал землянин и тут же поправился. - То есть вообще невозможно.
     - И дело ведь не только в малой силе тяжести, - заметила Селена. - Вот попробуйте, и сами убедитесь! Для этого требуется долгая и упорная тренировка.
     Гимнасты добрались до барьера и вспрыгнули на площадки, игравшие роль трамплинов. Одновременно перекувырнувшись в воздухе, они начали спуск.
     - Они умеют двигаться очень быстро, когда хотят, - заметил землянин.
     - Еще бы! - ответила Селена под всплеск аплодисментов. - Я прихожу к выводу, что у землян, то есть у настоящих землян, никогда не бывавших на Луне, идея передвижения по Луне твердо ассоциируется со скафандрами. Другими словами, они рисуют себе мысленную картину лунной поверхности. Там передвижение действительно бывает медленным. Скафандр заметно увеличивает массу, а это означает большую инерцию при малой силе тяжести, которая могла бы ей противодействовать.
     - Вы правы, - сказал землянин. - В мои школьные годы я видел все классические фильмы о первых космонавтах - их движения больше всего напоминали движения пловца под водой. И от этого представления потом трудно избавиться, даже если знаешь, что теперь все уже не так.
     - Ну, теперь мы и на поверхности умеем передвигаться очень быстро, несмотря на скафандры и все прочее, - объявила Селена. - А уж тут, в недрах планеты, мы передвигаемся так же быстро, как земляне у себя дома. Правильное использование мускулатуры вполне компенсирует слабое притяжение.
     - Но вы умеете, кроме того, двигаться и медленно, - землянин внимательно следил за гимнастами. Если вверх они буквально взлетели, то спуск сознательно старались замедлить. Они планировали и по перекладинам теперь хлопали для того, чтобы затормозить падение, а не ускорить подъем, как было вначале. Наконец они достигли пола, и вверх начала подниматься новая пара. Затем настала очередь третьей пары, четвертой... Пара за парой, то от одной команды, то от другой, состязалась в виртуозности.
     Движения партнеров были на редкость согласованными, и от пары к паре они становились все более сложными и разнообразными. Особенно громкие аплодисменты заслужили гимнасты, которые одновременно оттолкнулись, пронеслись через шахту навстречу друг другу по пологой параболе и, красиво разминувшись в воздухе, ухватились за поручни - каждый за тот, от которого оттолкнулся партнер.
     - Боюсь, у меня не хватит опыта, чтобы по достоинству оценить тонкости этого искусства, - заметил землянин. - Они все - урожденные луняне?
     - Разумеется, - ответила Селена. - Комплекс открыт для всех граждан Луны, и многие иммигранты показывают совсем неплохие результаты. Но такой виртуозности могут достичь лишь те, чьи родители освоились с лунной силой тяжести задолго до их рождения. Они не только физически заметно более приспособлены к здешним условиям, но и проходят необходимую подготовку с самого раннего детства. Большинству из соревнующихся нет еще и восемнадцати лет.
     - Вероятно, это опасно даже в лунных условиях.
     - Да, переломы не такая уж редкость. Смертельных случаев, по-моему, не было ни разу, но один гимнаст сломал позвоночник, и наступил полный паралич. Это было ужасно! Все произошло у меня на глазах... Но погодите, сейчас начнется вольная программа.
     - Какая-какая?
     - До сих пор проделывались обязательные упражнения, заданные заранее. Барабанный бой стал глуше. Гимнаст внезапно взмыл в воздух, одной рукой ухватился за поперечную перекладину, перевернулся вокруг нее, вытянувшись в струнку, и спланировал на пол.
     Землянин не упустил ни одного его движения.
     - Это поразительно, - сказал он. - Он крутился вокруг перекладины, как настоящий гиббон.
     - А это что такое? - спросила Селена.
     - Гиббон? Человекообразная обезьяна - собственно говоря, единственная из человекообразных обезьян, которая еще живет в лесах на воле. Они... - он взглянул на лицо Селены и поспешил добавить: - Я не имел в виду ничего обидного, Селена. Гиббоны - удивительно грациозные создания.
     - Я видела обезьян на картинках, - хмуро ответила Селена.
     - Однако вряд ли вы видели гиббонов в движении... Возможно, некоторые земляшки называют лунян "гиббонами", вкладывая в это слово не менее оскорбительный смысл, чем вы - в тех же "земляшек". Но я ничего подобного в виду не имел.
     Он облокотился о барьер, не спуская глаз с гимнастов. Казалось, они танцуют в воздухе.
     - А как на Луне относятся к иммигрантам с Земли, Селена? - вдруг спросил он. - К тем, кто решил остаться тут на всю жизнь? Поскольку они могут не все, на что способны луняне...
     - Это не имеет никакого значения. Гранты - такие же граждане, как и мы. И официально им предоставляются те же возможности.
     - То есть как - официально?
     - Но вы же сами сказали, что им не все по силам. И определенные различия существуют. Например, в чисто медицинском плане. Как правило, их здоровье бывает несколько хуже. Если они переезжают в зрелом возрасте, то выглядят... старше своих лет.
     Землянин смущенно отвел взгляд.
     - А браки между иммигрантами и лунянами разрешены?
     - Конечно. Чем их гены хуже? Да мой собственный отец был грантом, хотя по матери я лунянка во втором поколении.
     - Но ваш отец, вероятно, приехал сюда совсем... О господи! - он вцепился в барьер и судорожно перевел дух. - Я думал, он промахнулся.
     - Он? - сказала Селена. - Да это же Марко Фор. Он любит выбрасывать руку в самый последний момент. Собственно говоря, это считается дешевым трюком, и настоящие чемпионы никогда к нему не прибегают. Но тем не менее... Мой отец приехал на Луну, когда ему было двадцать два года.
     - Да, это, вероятно, оптимальный вариант. Молодой организм, способный легко адаптироваться, никаких прочных эмоциональных связей с Землей...
     Селена внимательно следила за гимнастами.
     - Вон опять Марко Фор. Когда он не старается привлекать к себе внимание, он по-настоящему хорош. И его сестра почти ему не уступает. Вместе они творят из движения настоящую поэзию. Смотрите, смотрите! Сейчас они сойдутся на одной перекладине и будут вертеться вокруг нее, словно одно тело, брошенное поперек нее. Он иногда бывает несколько экстравагантен, но координация у него безупречна.
     Все гимнасты поднялись наверх и выстроились вдоль внутренней стороны барьера, держась за него одной рукой - красные напротив синих. Руки, обращенные к провалу, были подняты. Аплодисменты стали громче. У барьера собралась теперь довольно большая толпа.
     - А почему бы не установить тут сиденья? - спросил землянин.
     - С какой стати? Это ведь не зрелище, а упражнение. И мы предпочитаем, чтобы число зрителей ограничивалось теми, кто может с удобством встать прямо у барьера. И вообще нам следует быть в шахте, а не здесь.
     - Другими словами, Селена, вы тоже способны проделывать все эти трюки?
     - Ну, не все, но значительную часть. Это умеют все луняне. Но я далеко не так ловка, как они. И я никогда не была членом команды... Сейчас начинается коктейль - вольные упражнения для всех сразу. Вот это действительно опасно. Обе десятки будут в воздухе одновременно. Задача каждой стороны - сбросить вниз противников.
     - По-настоящему сбросить?
     - Насколько выйдет.
     - И бывают несчастные случаи?
     - Иногда. В теории подобные упражнения не одобряются. Вот их и правда считают пустым развлечением, а численность нашего населения не настолько велика, чтобы мы могли спокойно терять полезных членов общества ради игры. Тем не менее коктейль пользуется большой популярностью, и нам не удастся собрать достаточное количество голосов, чтобы запретить его официально.
     - А вы за что проголосовали бы, Селена?
     Она порозовела.
     - А, неважно! Начинается! Смотрите внимательнее. Барабан вдруг оглушительно загремел, и гимнасты молниеносно прыгнули вперед. На мгновение в воздухе образовался настоящий клубок, но когда он распался, каждый гимнаст успел ухватиться за перекладину. Они напряженно выжидали. Затем один прыгнул. За ним второй, и опять в воздухе хаотично замелькали тела. Это повторилось еще раз. И еще.
     - Счет очков тут довольно сложен, - сказала Селена. - Каждый прыжок приносит очко, как и каждое касание. Два очка, если заставишь противника промахнуться, и десять, если он окажется на полу. Штрафы за различные недозволенные приемы.
     - А кто ведет счет?
     - Предварительное решение выносят судьи. В спорных случаях по требованию гимнаста просматривается видеозапись. Впрочем, довольно часто и по записи ничего решить нельзя.
     Неожиданно раздались возбужденные крики: девушка в синем пронеслась мимо юноши в красном и звонко хлопнула его по бедру. Тот попытался увернуться, но не успел и, хватаясь за перекладину, неуклюже ударился коленом о стенку.
     - Куда от смотрел? - негодующе спросила Селена. - Он же так ее и не заметил!
     Борьба разгоралась, и землянин уже не пытался следить за всеми ее перипетиями. Порой гимнаст только касался перекладины и не успевал за нее ухватиться. Тогда все зрители наклонялись над барьером, словно готовые прыгнуть ему на помощь. Марко Фор получил удар по кисти, и кто-то крикнул: "Штраф!"
     Фор не сумел схватить перекладину и упал. На взгляд землянина падение это было довольно медленным. Фор гибко изворачивался, протягивал руку то к одной перекладине, то к другой, но каждый раз чуть-чуть не доставал до них. Остальные гимнасты замерли, словно на время падения игра прерывалась.
     Фор падал уже довольно быстро, хотя дважды слегка притормозил, успев хлопнуть ладонью по перекладине.
     До пола оставалось совсем немного, но тут Фор сделал резкое движение в сторону и повис головой вниз, зацепившись правой ногой за поперечный брус. Раскинув руки, он висел так в десяти футах над полом, пока не смолкли аплодисменты, а затем вывернулся и мгновенно взлетел вверх по перекладинам.
     - Его сбили запрещенным приемом? - спросил землянин.
     - Если Джин Вонг действительно схватила Марко за запястье, а не хлопнула по нему, то за это полагается штраф. Но судья признал честную блокировку, и не думаю, чтобы Марко потребовал проверки по видеозаписи. Он мог бы остановить свое падение гораздо раньше, но он обожает эффектные трюки в последний момент. Когда-нибудь он не рассчитает и сломает руку или ногу... Ого!
     Землянин удивленно оглянулся на нее, но Селена смотрела не в шахту.
     - Это один из секретарей представителя Земли, и, по-видимому, он ищет вас, - сказала она.
     - Но почему...
     - А кого же еще? Ни к кому другому у него тут дела быть не может.
     - Но с какой стати... - начал было землянин. Однако секретарь - судя по его сложению и походке, тоже землянин или недавний иммигрант - направился прямо к нему, явно чувствуя себя неловко под обращенными на него взглядами, в которых за равнодушием пряталась легкая насмешка.
     - Сэр, - сказал он, - представитель Готтштейн просит вас...
    5
     Квартира Бэррона Невилла была не такой уютной, как квартира Селены. Повсюду валялись книги, печатное устройство компьютера в углу было открыто, а на большом письменном столе царил полный хаос. Окна были просто матовыми.
     Едва войдя, Селена скрестила руки на груди и сказала:
     - Бэррон, человек, живущий среди такого беспорядка, вряд ли может мыслить логично.
     - Уж как-нибудь! - ворчливо ответил Бэррон. - А почему ты не привела своего землянина?
     - Его затребовал к себе представитель. Новый представитель.
     - Готтштейн?
     - Вот именно. Почему ты не мог освободиться раньше?
     - Потому что мне нужно было время, чтобы сориентироваться. Нельзя же действовать вслепую.
     - Ну, в таком случае делать нечего, придется подождать, - сказала Селена.
     Невилл покусал ноготь на большом пальце и свирепо уставился на обгрызенный край.
     - Просто не знаю, как следует оценить сложившуюся ситуацию... Что ты о нем скажешь?
     - Он мне нравится, - решительно ответила Селена. - Держится для земляшки очень неплохо. Соглашался идти, куда я его вела. Ему было интересно. Он воздерживался от категорических суждений, не смотрел сверху вниз... А я ведь нет-нет, да и говорила ему не слишком приятные вещи.
     - Он опять спрашивал про синхрофазотрон?
     - Нет. Но ему и не нужно было спрашивать.
     - Почему?
     - Я ведь сказала ему, что ты хочешь с ним встретиться, и упомянула, что ты физик. Поэтому, мне кажется, все вопросы он намерен задавать тебе.
     - И ему не показалось странным, что у гида его группы вдруг оказался знакомый физик?
     - Что тут странного? Я сказала, что ты мой приятель. А для таких отношений профессия большого значения не имеет, и даже физик может снизойти до презренного гида при условии, что этот гид - достаточно привлекательная женщина.
     - Селена, хватит!
     - Ах, так... Послушай, Бэррон, по-моему, если бы он плел какую-нибудь тайную паутину и искал моего общества только потому, что рассчитывал с моей помощью добраться до тебя, он держался бы более напряженно. Чем сложнее и нелепее заговор, тем он уязвимее и тем больше нервничает тот, кто заинтересован в его успехе. А я нарочно вела себя чрезвычайно непосредственно. Я говорила обо всем, кроме синхрофазотрона. Я повела его на коктейль.
     - И что же он?
     - Ему было интересно. Он держался совершенно спокойно и наблюдал за гимнастами с большим любопытством. Я не знаю, чего он хочет, но никаких коварных замыслов он, по-видимому, не вынашивает.
     - Ты уверена? А почему же представитель так поспешно потребовал его к себе и помешал нашей встрече? По-твоему, это хороший признак?
     - Не вижу, почему его надо считать дурным. Приглашение, переданное в присутствии двух десятков лунян, тоже как-то не выглядит тонким коварством.
     Невилл откинулся, заложив руки за голову.
     - Селена, будь добра, воздержись от безосновательных выводов. Они меня раздражают. Начать хотя бы с того, что он никакой не физик. А ведь тебе он говорил, что он физик?
     Селена задумалась.
     - Нет. Это сказала я. А он не стал отрицать. Но сам он ничего подобного прямо не утверждал. И все-таки... все-таки я убеждена, что он физик.
     - Это ложь через умолчание, Селена. Возможно даже, что он искренне считает себя физиком, но он не получил соответствующего образования и никогда как физик не работал. Да, он что-то там кончил, но научной работой не занимался. Пытался, но у него ничего не вышло. Не нашлось лаборатории, которая захотела бы его взять. Он занесен в черный список Фреда Хэллема и много лет возглавляет этот список.
     - Это точно?
     - Я все проверил, можешь не сомневаться. Ты же сама меня упрекнула, что я так задержался... Все выглядит настолько замечательным, что это даже подозрительно.
     - Но почему? Я что-то не понимаю.
     - Не кажется ли тебе, что такой человек прямо-таки напрашивается на наше доверие? Ведь он явно не должен питать к Земле добрых чувств.
     - Если твои сведения точны, то рассуждать можно и так.
     - Сведения-то точны! То есть в том смысле, что, наводя справки, я получил именно эти факты. Ну, а вдруг кто-то как раз и добивается, чтобы мы рассуждали именно так?
     - Бэррон, это нестерпимо! Почему тебе повсюду мерещатся заговоры? Бен не похож...
     - Бен? - иронически переспросил Невилл.
     - Да, Бен! - твердо повторила Селена. - Бен не похож на человека, который нянчится с тайной обидой. И он не пытался создать у меня впечатление, будто он - человек, который нянчится с тайной обидой.
     - О да! Но ему удалось создать у тебя впечатление, что он приятный и интересный человек. Ты ведь сама это сказала, верно? И даже подчеркнула. А может быть, он именно этого и добивался?
     - Ты ведь отлично знаешь, что меня не так легко провести.
     - Что же, подождем, пока я сам с ним не познакомлюсь.
     - А, иди ты к черту, Бэррон! Я встречалась с тысячами разных землян. Это моя работа. У тебя нет ни малейших оснований иронизировать над моими выводами. И ты это знаешь. Наоборот, у тебя есть все основания им доверять.
     - Ну хорошо, увидим. Не сердись. Просто необходимость ждать... А не скрасить ли нам ее? - и он гибким движением поднялся на ноги.
     - У меня что-то нет настроения.
     Селена тоже поднялась и, сделав едва заметное движение, ускользнула в сторону.
     - Ты злишься, потому что я подверг сомнению твои выводы?
     - Я злюсь, потому что... А, черт, ну почему ты не наведешь порядка у себя в комнате?
     И с этими словами она ушла.
    6
     - Я бы с удовольствием угостил вас чем-нибудь земным, доктор, - сказал Готтштейн, - но из принципиальных соображений мне было запрещено везти с собой земные продукты. Глубокоуважаемые луняне считают, что приезжие с Земли не должны жить в особых условиях, так как это создаст искусственные барьеры. А потому мне положено вести, елико возможно, лунный образ жизни, но, боюсь, мою походку не скроешь. С этой чертовой силой тяжести шутки плохи!


1 ] [ 2 ] [ 3 ] [ 4 ] [ 5 ] [ 6 ] [ 7 ] [ 8 ] [ 9 ] [ 10 ] [ 11 ] [ 12 ] [ 13 ] [ 14 ] [ 15 ] [ 16 ] [ 17 ] [ 18 ] [ 19 ]

/ Полные произведения / Азимов А. / Сами боги


Смотрите также по произведению "Сами боги":


2003-2022 Litra.ru = Сочинения + Краткие содержания + Биографии
Created by Litra.RU Team / Контакты

 Яндекс цитирования
Дизайн сайта — aminis